Читаем Канатная танцовщица полностью

В маленькой зеркальной бухточке у самого берега стояла на якоре шхуна, на борту которой виднелась фигура связанного человека, окруженная пятью мужчинами. Растрепанная женщина бешено наскакивала на лежавшего, осыпала его отборными ругательствами, порою долетавшими до спутников Доротеи, и грозила ему кулаками.

– Вор! Подлец! Не хочешь сказать, отказываешься! Ну подожди!

Она обернулась к матросам, сказала им что-то. Те рассыпались по шхуне, точно все их движения были заранее отрепетированы, и стали по местам. На шею лежавшего набросили петлю, перекинули ее через рею, и за конец взялись двое дюжих молодцов. Веревка натянулась как струна. Фигура лежавшего приподнялась, несколько секунд простояла прямо, точно вырезанный из картона паяц, потом плавно взмыла на воздух и закачалась над густой синевой океана.

– Эстрейхер! – вскрикнул кто-то из иностранцев.

В мозгу Доротеи молнией сверкнуло то, что предсказала она ему при первой встрече у Шаньи.

– Да, это Эстрейхер.

– Чего они напали на него?

– Они требуют от него бриллиантов.

– Но он их еще не нашел!

– Вот этого они не знают. Я знала, что так случится. Когда Эстрейхер приказал им идти на шхуну, я заметила, как они переглянулись и какое зверское выражение сверкнуло у них в глазах. Я поняла, что они готовят ему ловушку.

Эстрейхера то спускали на палубу, то снова подвешивали. Женщина наскакивала на него, яростно ругаясь и потрясая кулаками.

– Будешь ты отвечать или нет? Где клад? Что ты с ним сделал?

Вебстер не выдержал:

– Это немыслимо… Какая гнусность. Надо их остановить.

– Как? Вы только что собирались пристрелить его, как собаку, а теперь собираетесь спасать.

Вебстер сам не знал, чего он хочет. Ни он, ни его друзья не могли равнодушно смотреть на такое душераздирающее зрелище. Заметив, что матрос бросил ружье, Вебстер стал сползать по обрыву, цепляясь за расселины и колючие кустарники. За ним полезли Дарио и Эррингтон.

Но спасти его не удалось. Бандиты не пожелали вступать в перестрелку и подняли якорь. Пока иностранцы спустились на пляж, шхуна развернула паруса и быстро пошла в море.

Вебстер напрасно пострелял все семь патронов. Он был взбешен и накинулся на Доротею:

– Это вы во всем виноваты! Зачем вы нас удержали? Целая стая подлецов ускользнула у нас из-под носа.

– Не понимаю, что вам нужно. Разве душа их шайки, атаман, уже не наказан. Погодите, в открытом море они его прежде всего обыщут и, не найдя бриллиантов, бросят в море вместе с трупом маркиза. Потому что никакая пытка не вырвет у него секрета.

– И вам достаточно одного Эстрейхера?

– Да.

– За что вы его ненавидите?

– Он убил моего отца.

Все вздрогнули и замолчали. Потом Дарио нерешительно спросил:

– А как же остальные?

– Пускай их вешают другие. Так будет лучше и для нас. Если бы их арестовали – пошли бы допросы, расспросы, потом суд. Газеты подняли бы шум. Разве все это приятно! Недаром маркиз Богреваль советовал нам уладить дело без посторонних.

– Да… – вздохнул Эррингтон, – дело, действительно, улажено, но и секрет бриллиантов потерян.

Далеко в океане белели паруса шхуны, быстро идущей на север…

К вечеру Дарио и Эррингтон отвезли нотариуса на постоялый двор, поручили его попечению мадам Амуру, посоветовав ей держать язык за зубами, а сами запрягли лошадей в фургон и отправились обратно на полуостров. Кантэн вел Кривую Ворону под уздцы, важно указывая дорогу.

Молодые люди переночевали в башне Коксэн, а Доротея с детьми в фургоне. Рано утром Вебстер умчался куда-то на мотоцикле и вернулся только к полудню.

– Я был в аббатстве Сарзо, – объяснил он удивленной компании, – и купил у монахов развалины Рош-Перьяк и весь полуостров.

– Боже мой, – всплеснула руками Доротея, – неужели вы думаете доживать в них свой век?

– Нет, но мы хотим спокойно продолжать поиски, а для этого приятно чувствовать себя дома.

– Послушайте, Вебстер, вы, кажется, богатый человек. Неужели вас так интересуют эти бриллианты и вам так хочется их отыскать?

– Я хочу выполнить до конца завещание маркиза. Если они существуют, надо, чтобы они достались нам, а не случайному человеку, не имеющему на них никакого права. Вы, конечно, поможете нам?

– Нет.

– Как! Почему?

– Потому что я добилась своего: преступник наказан!

– Но вы, по крайней мере, останетесь с нами на несколько дней.

– Хорошо, я согласна. И мне, и детям нужен отдых, но утром двадцать четвертого мы должны уехать. На это число я назначаю нам общий отъезд.

– Почему общий?

– Потому, что и вы поедете с нами.

– Куда?

– В Вандею. Там есть старинная помещичья усадьба, куда в конце июля съедутся все потомки маркиза Богреваль. Я хочу познакомить вас с ними. Их, собственно, двое: граф де Шаньи-Роборэй и барон Дювернуа. Затем вы сможете сюда вернуться и копаться сколько душе угодно.

– А вы? Разве не вернетесь?

– Нет.

– Тогда я продам Рош-Перьяк.