Читаем Каменный меч полностью

Стороннему наблюдателю было бы очень сложно найти что-то упорядоченное, закономерное в теснящейся толпе жителей Рифтрана. Пожалуй, только две вещи бросились бы ему в глаза. Старики, женщины, дети — все, кто был слабее, стояли позади, в глубине исполинского пещерного коридора. Впереди стояли мужчины и, чем ближе к первым рядам, тем лучше они были вооружены.

И ещё глаза наблюдателя заметили бы, что толпа, несмотря на многочисленность, специально теснилась, сбивалась ещё плотнее, изо всех сил пытаясь оставить между собой и открывшимся из Рифтрана проходом руку с каменным мечом. Будто веря, что гигантский клинок обрушится на наступающих врагов.

Все, кто пришёл в потаённую пещеру, готовились к битве. К страшному, смертельному сражению, чьё эхо раздастся далеко за пределами этого мира.

Ожидание было тяжёлым. Но недолгим.

Опустевший и затихший Рифтран, скрывшийся во тьме за жерлом прохода, вдруг наполнился звуками. Поначалу одиночные, еле слышимые, они множились и разрастались, подобно надвигающейся лавине.

Звуки были совершенно разные. Вой, лай, крики, рычание, топот, скрежет, хлопанье… Какие-то из них были знакомы. Какие-то — совершенно ни на что не похожи.

Звуки были абсолютно одинаковы. Наполнены злобой, ненавистью, чуждостью. Жаждой.

Через некоторое время звуки приблизились. Проникли под своды прохода, обрастя торжественной гулкостью.

И обрели плоть.

Проход начал исторгать полчища даол-уразод. Они устилали шевелящимся ковром пол, ползли по стенам и потолку, летели по воздуху. Даол-уразод вытекали в пещеру, будто поток нечистот, будто страшная кожная зараза, покрывающая скалу, захватывающая всё новую и новую поверхность.

Однако, несмотря на многочисленность, чудовища медлили наступать. Словно пародируя жителей Рифтрана, они тоже теснились, толпились, нередко налезали друг на друга, но не пересекали линии, начерченной в воздухе каменным мечом.

На несколько минут две толпы застыли. Одна, скованная ожиданием, питаемая надеждой, слабо перекатывающаяся волнами и криками в попытке понять, что происходит. И вторая, пышущая яростью, звенящая голодом, бурлящая, как кипяток, и набухающая, как нарыв.

Затем скопление чудовищ начало двигаться. Но не вперёд. А вверх.

Даол-уразод будто обезумели — они забирались друг на друга, страшно подминая тех, кто был внизу, сплетались в теснейших, непредставимых, тошнотворных объятиях. Рвалась плоть, трещали кости, но не раздавалось ни единого крика боли.

Всё новые и новые чудовища соединялись в этом столпотворении. Оно росло, поднималось на десятки шагов, к самому потолку. И формировало что-то. Вытянутое, цилиндрическое. Похожее на тело.

Вскоре, завораживающее потусторонней мерзостью движение стихло, сплетя на вершине цилиндра овал. Овал был не сплошным — вверху, там, где полагалось быть глазам, зияли две вмятины.

В следующее мгновение, та, что была слева, заполнилась густым, скалящимся кровавыми отблесками пламенем. Та, что справа — пульсирующей чернотой, видимой в любой тьме.

А потом зазвучал голос. Все звуки, которые только могли породить глотки даол-уразод, сплетались в этот голос. Намного сильнее и ужаснее, чем тела монстров сплетались в колоссальную фигуру.

— КАК ХОРОШО.

Кто-то вскрикнул. Особенно много возгласов поднялось сзади — для тех, кто стоял там и не видел происходящего, прогремевшие слова стали полной неожиданностью.

— КАК ХОРОШО ВЫ ИЗМЕНИЛИ СВОЙ МИР.

Голос тёк и струился. Непознаваемый, неопределяемый, состоящий из множества звуков, он находил путь к каждому.

— НИЧТО НЕ ПОМЕШАЛО МНЕ. ДАЖЕ НЕУДАЧА ВОЗВОДЯЩЕГО. РАНА ЭТОГО МИРА ВЕЛИКА. ОНА ГНОИТСЯ. КРОВОТОЧИТ. ПУТЬ СКВОЗЬ НЕЁ СТОЛЬ ЛЁГОК. СТОЛЬ СЛАДОК. КАК ХОРОШО.

— ТЫ ЕЩЁ КТО, ЧТОБ ТЕБЯ??!! — голос Крондина, усиленный заранее установленными устройствами, разнёсся по пещере. Резкий, звонкий, он гневно боролся с накатывающим на всех ужасом.

— Я — ЖЕЛАНИЕ. Я — ЖАЖДА. Я — ЭТО МЫ. МЫ — МНОЖЕСТВО. Я — МНОЖЕСТВО.

— И ЧЕГО ТЕБЕ НАДО?! — Крондин кричал, не особенно задумываясь над содержанием. Лишь бы говорить, лишь бы мешать этой льющейся в уши скверне.