Читаем Каменная ночь полностью

Работая над проектом, я проводила интервью трех видов: формальные индивидуальные, формальные групповые и более спонтанные, незапланированные беседы, не все из которых я могла записать на диктофон. Я планировала индивидуальные и групповые интервью таким образом, чтобы в них приняли участие респонденты из четырех разных категорий в четырех разных городах. Вот эти четыре категории: уцелевшие жертвы главных катастроф советской истории; дети выживших; медицинские работники и другие специалисты, занимавшиеся в описываемые мною периоды лечением и заботой об умирающих и осиротевших (включая врачей, медицинских сестер, священников и партийных активистов); медицинские работники и другие специалисты, ответственные за уход за выжившими в наши дни. Интервью прошли в Москве, Санкт-Петербурге, Киеве и одном провинциальном городе (на самом деле, в силу того что найти людей с нужной мне биографией и опытом оказалось нелегко, я разговаривала с ветеранами из трех провинциальных городов и двух деревень).

Мой график предполагал проведение пяти индивидуальных интервью и одной групповой встречи в каждой категории в каждом городе (то есть общее число респондентов составило двадцать пять человек в каждой категории). Изначально я находила респондентов при помощи общества “Мемориал”, Общества ветеранов Великой Отечественной войны, ВЦИОМа (Всероссийского центра изучения общественного мнения), научно-просветительного центра и фонда “Холокост” и других религиозных, медицинских и общественных организаций в каждом выбранном городе.

С помощью моего научного ассистента Елены Строгановой и при содействии более сотни респондентов мне удалось уложиться в график. Но к нему добавилось несколько незапланированных интервью. Я забыла включить в первоначальную структуру проекта свидетельства людей, у которых нет лично пережитого опыта столкновения с насильственной смертью и семьи которых тоже не помнят ничего подобного, так что эти интервью были специально добавлены к списку. Но большая часть дополнительных интервью не была запланирована – они появились в результате разговоров в поездах, перешептываний в коридорах архивов и даже – как это получилось с одним ветераном-могильщиком – предложения подбросить меня до дома во время проливного дождя. Я не вела точный учет всем этим беседам, но обнаружила у себя записи более 150 голосов (аудио- и видеозаписи или письменные заметки с описанием). Хотя, начав работу над этой книгой, я решила сосредоточиться лишь на небольшой части этих свидетельств, ее язык и общая интонация несут на себе влияние каждого из них. За редким исключением (в случае с известными людьми или теми, чьи биографии уже опубликованы) я изменила имена всех моих респондентов, чтобы соблюсти их право на анонимность и частную жизнь.

Архив общества “Мемориал”

ГАРФ – Государственный архив Российской Федерации

РГАЛИ – Российский государственный архив литературы и искусства

РГАКФД – Российский государственный архив кинофотодокументов

РГАЭ – Российский государственный архив экономики

РГИА – Российский государственный исторический архив

РЦХИДНИ – Российский центр хранения и изучения документов новейшей истории

Тенишевский архив в Российском этнографическом музее (Санкт-Петербург)

ЦАОДМ – Центральный архив общественных движений Москвы

ЦГА СПб – Центральный государственный архив Санкт-Петербурга

ЦГАКФФД СПб – Центральный государственный архив кинофотофонодокументов Санкт-Петербурга

ЦГАЛИ СПб – Центральный государственный архив литературы и искусства

ЦГАМО – Центральный государственный архив Московской области

Russian Review

Soviet Studies

“Аргументы и факты”

“Безбожник у станка”

“Биржевые ведомости”

“Большевик”

“Вестник статистики”

“Вопросы истории”

“Живая старина”

“Знамя”

“Итоги”

“Коммунальный работник”

“Костромской листок”

“Новый мир”

“Огонек”

“Олонецкая неделя”

“Оренбургская газета”

“Отечественная история”

“Оттуда”

“План”

“Посев”

“Петроградская правда”

“Правда”

“Психиатрическая газета”

“Рабочая жизнь”

“Российский этнограф”

Самиздат

“Санкт-Петербургская газета”

“Слово”

“Социальная гигиена”

“Социологические исследования”

“Свободная мысль”

“Труд”

“Энографическое обозрение” (позднее “Советская этнография”)

A Radical Worker in Tsarist Russia: The Autobiography of Semen Ivanovich Kanatchikov / Trans. and ed. by R. Zelnik. Stanford: Stanford University Press, 1986.

Adler N. Victims of the Soviet Terror: The Story of the Memorial Movement. Westport: Praeger, 1993.

Agursky M. The Third Rome: National Bolshevism in the USSR. Bouder, Cal.: Westview Press, 1987.

Alexiou M. The Ritual Lament in Greek Tradition. Cambridge: Cambridge University Press, 1974.