Читаем Каменная ночь полностью

Похоронные практики, как и прежде, отражают коллективизм российской и советской жизни. Британские покойники зачастую совершают свое последнее путешествие на кладбище или в крематорий в одиночестве, в отдельном автомобиле для погребальных услуг, за которым по пригородным скоростным шоссе следуют в иерархическом порядке родственники или друзья покойного в своих лимузинах и частных автомобилях. Однако на советских и постсоветских похоронах скорбящие собраны в один довольно потрепанный автобус. В центре его размещается гроб, а вокруг сидят все те, кто пришел почтить память покойного, некоторые курят, некоторые делано подчиняются запрету на курение. Родственники, друзья, коллеги, собранные в одном пространстве автобуса “для ритуальных услуг”, ведут вполне будничные разговоры. Тело покойного некоторым образом вписано во все происходящее. Собственные похороны до сих пор остаются событием, которое люди планируют заранее и на которое они “не могут не прийти”. Важно соблюсти старые советские приличия и правила. Социальный работник, ухаживающий за пожилыми людьми, объяснила мне: “Они все еще откладывают для своих похорон специальную одежду и очень ею гордятся. Говорят: «Проследите, чтобы меня похоронили вот в этом». Они все подготавливают: обувь, новую рубашку, ни разу не надетый костюм. Некоторым трудно наскрести на это денег, но я знаю, что это для них очень важно. Я должна убедиться, что родственники – если они еще есть – знают об этих приготовлениях, чтобы не было никаких ошибок”[1021].

Если говорить о более мрачном наследии советской власти с точки зрения ритуала, то больше всего бросается в глаза общее оскудение всего, что связано со смертью. Огромные кладбища выглядят безликими, крематории – мрачными, а язык и музыка, которые используются в погребальных церемониях, кажутся постсоветским слушателям банальными. Но самое грустное впечатление производит постсоветское обнищание российских граждан. Неподъемные затраты на похороны вызывают у необеспеченных горожан огромную тревогу. Когда в собственной квартире на пятнадцатом этаже умирает бабушка, первой проблемой становится перевезти ее тело в морг. Водители погребальных автобусов требуют больших взяток, и их приезда приходится ждать по несколько дней – по двадцать четыре, по тридцать шесть часов, – а иногда они вообще не появляются. В 1997 году в связи с этим произошел небольшой скандал[1022].

Мой приятель Дима работает среди сваленных в беспорядке образцов гробов и гипсовых ангелов в конторе рядом с главным входом на Ваганьковское кладбище, самое крупное кладбища в центре Москвы. Эту работу ему предложили на бирже труда, но он считает, что она ему вполне подходит. Помимо всего прочего, к нему приходит масса иностранцев, в основном журналистов. Они всегда расспрашивают его о мафиозных похоронах – пышных и вульгарных, которые стоят столько, что можно “сделать что угодно. Что угодно”. Я купила выпускаемый им глянцевый журнал с утешительными статьями о бальзамировании и образцом договора на оказание ритуальных услуг, который заверяет всякого подписавшего его в том, что ему будут оказаны услуги высочайшего качества. Специально для тех, кого волнует соблюдение этикета, журнал содержит объемные разделы с информацией о ритуальном угощении, рекламу украшения столов и советы о том, как изящно и со вкусом сформулировать эпитафию[1023].

Мы посмеялись над причудами новых богатых, но Диму удивило, что я спросила его о других посетителях кладбища. Вся эта тема вызывает некоторое смущение: есть что-то неправильное в мире, в котором то, как вы обращаетесь с мертвым телом, зависит от состояния ваших финансов. Однако, в конце концов, он достал для меня прейскурант. “Бедные считают каждый рубль”, – сказал он. В 1997 году венок из искусственных цветов стоил 450 тысяч рублей (а из настоящих – всего 250 тысяч). Автобус можно было заказать за 625 тысяч. Возможно, были еще и дополнительные траты, но базовые издержки обойти невозможно: 110 тысяч стоит подпись на документах, 450 тысяч – подготовка тела покойного, да и самый дешевый гроб обойдется никак не меньше пары сотен тысяч рублей. В среднем стоимость похорон редко опускается ниже 2,5 миллиона рублей. Кажется, что это целое состояние. Конечно, инфляция неизменно добавляет к сумме бессмысленные нули. Но только если ваша пенсия составляет полмиллиона рублей в месяц, нули эти совсем не бессмысленны; что уж говорить о ситуации, в которой человек по полгода не получает причитающуюся ему зарплату.