Читаем Камень опенула (СИ) полностью

— Нет, но… отец, — Оливер скривился, точь-в-точь как Ками, упоминая Стефана Роя, — Отец оставил после смерти свой дневник, где расписывал наблюдения касательно своей магии. По правде, всем, что я знаю, я обязан ему. Никто из других опенулов на моей памяти ничем подобным не пользовался.

— Об этих техниках даже Ульяна не в курсе, — поддакнул Ил.

— Откуда тогда о них знаешь ты? — обернулась к другу Эрика.

Парни снова как-то странно переглянулись.

— Я... да в конце концов, я не просто так в разведчиках хожу! — выплюнул каннор и криво улыбнулся. — Давайте вернемся к нормальным проблемам.

— Я могу попробовать, — тут же подхватил Оливер. — Но ничего не обещаю. Не факт, что этот ключ имеет что-то общее с опенульскими переходами.

— Он принадлежал Сондре, — Эри неловко пожала плечами. — Наверное, она им пользовалась. Ну, как-то по-опенульски.

Оли хмыкнул что-то неопределенное и прикрыл глаза. Его рука сжала ключ так, что Белуха испугалась, как бы не переломилась хрупкая костяная перемычка.

Минуту все молчало. Птицы не перекрикивались за окном, на чердаке не гудел ветер, даже никто из ребят, кажется, не дышал. Оливер хмурился, что-то бормотал одними губами — и походил на одержимого. Черный камень на ключе неровно блестел, как будто в такт биению сердца.

— Нет, — выдохнул Оли, и снаружи беззаботно защебетала синичка. — Ничего не получается.

Ил разочарованно простонал, а Эрика только неловко поджала губы. Этот ключ манил к себе и отталкивал одновременно. Нет, не могло такого быть, чтобы он никак не относился к магии — Эри чувствует! Да и Стефан с Сондрой вряд ли бы стали прятать бесполезную вещь.

— Дай я попробую, — вырвалось прежде, чем она успела сообразить.

Какое «попробую»! Эри простой переход-то открыть не в состоянии! Но внутри нечто упорно науськивало, что надо хотя бы попробовать. В конце концов, что она теряет! Разве что самооценка упадет еще ниже…

— Конечно, — Оливер сунул ей в руки ключ так, будто только и ждал, как бы от него избавиться. Ладони окатило уже знакомым холодом. Не очень-то приятно — Тем более, у вас с Сондрой есть кровная связь. Вполне возможно, тебе будет легче.

Эрика цокнула языком:

— Ну, тогда надо сразу Ками просить!

— Ага, — улыбнулся Ил. — Подойти и сказать: «Слушай, подержи вот эту штуку и найди то, не знаю что».

— И даже если мы прямо сейчас оторвем ее от соседей, которые стараниями ящерки теперь вызывают у нее непомерный интерес, — продолжил Оливер, — Нам все равно придется в общих чертах рассказать ей о магии, чтобы добиться хоть какого-нибудь результата. А времени не так много — господин главноистерящий почтит нас своим присутствием уже минут через пять.

— Ну же, Эри, попытка — не пытка, — приободрил ее Ил. — Я уверен, у тебя все получится.

Эрика подняла голову и впервые за целый день пересеклась с ним взглядом. Пару мгновений друг не двигался, а потом, словно осознав, что происходит, быстро отвернулся. Белуха нахмурилась и стиснула ключ. Ну и ладно!..

Ладони покрылись неприятными холодными каплями, кость стала скользкой и норовила выскочить между пальцев. Обсидиан нервно замигал едва заметной искоркой внутри. Он напоминал осколок лайтовского минерала, в котором навеки осталась заключенной чья-то неспокойная душа. Эрика закрыла глаза. Что чувствует маг, чей амулет разбивают? Это не смерть, не забвение — нет, наверняка это что-то иное. Более ужасное. Вечное проклятье зависнуть где-то между мирами и наблюдать, как горюют по тебе родные, как угасают они с каждым днем. Видеть их боль — и не иметь возможность помочь. Проклятье беспомощности, бездействия, раздирающее и так неспокойную душу на куски. И сейчас даже можно было расслышать тонкий голос, из неизмеримой глубины, с той стороны мира, за стеклянной поверхностью амулета — как молит этот голос о свободе от бесконечного мучения. Едва различимый, как мерцание огонька, но настоящий, живой, мечтающий лишь о том, чтобы помочь…

«Помоги мне», — шепнула ему Эри, вглядываясь в кромешную тьму за закрытыми веками.

В то же мгновение голос замолчал. А может это и не голос был вовсе, а просто шум. В ушах два раза оглушительно стукнуло собственное сердце. Под ногами скрипнула половица. Собственное дыхание замерло.

И тут грудь пронзила тонкая ледяная игла. Эри глубоко вдохнула и распахнула глаза. Душу словно прошили крепкой нитью — и тянули, тянули куда-то прочь…

— Эри? , — обеспокоенно окликнул подругу Ил.

Белуха вздрогнула — и сорвалась с места. Она знает! Она знает, где замок!

— За мной! — махнула рукой девушка и выскочила в коридор.

Поворот, поворот — вот, здесь! Эри влетела в нужную комнату, в два шага приблизилась к стене и положила ладонь на старые грязные обои. Пальцев коснулся точно такой же холод, что и от ключа.

— Тут! — радостно воскликнула она, не сводя взгляда со стены. — Точно тут!

Судя по топоту за спиной, мальчишки ввалились следом. Но у Эрики не было никакого желания оборачиваться — она искала какие-нибудь выступы или неровности. Хоть что-то, что указало бы на тайник!

— Что, прямо здесь? — усомнился Ил, подходя ближе. — В комнате Сондры?