Читаем Камень любви полностью

— Пей! Пей! Не стесняйся! Мы с тобой заслужили небольшой перерыв! Молодежь вся на раскопе. На ужин гречка с тушенкой. Я такое не ем. Но, если хочешь, скажу поварам, чтобы ужин тебе сюда принесли.

— Я сама схожу. Не беспокойтесь!

Татьяна отхлебнула чай, взяла конфету. Все-таки она испытывала неловкость.

— Ну, как хочешь, — пожала плечами Ольга Львовна и почти без перехода спросила: — Откуда ж ты, такая красивая, у нас появилась? Я вроде всех местных художников знаю…

— Из Питера… Анатолий пригласил… — тихо сказала Татьяна, не поднимая взгляда от кружки. — У меня были проблемы с ногами после аварии. Ходила с костылями. Сейчас все в порядке.

— Толик — молодчина! — Ольга Львовна хитровато прищурилась. — Только, сдается мне, он тебя совсем по другой причине пригласил! Ох, голуба моя, вскружит он тебе голову!

— Мы с Анатолием — друзья! — не сдавалась Татьяна. — Просто он помогает мне. Хочет, чтобы развеялась после болезни.

— Друзья, конечно, друзья! Кто бы сомневался! — глаза Ольги Львовны смеялись. — Только иногда друзья быстро становятся молодоженами! Но я буду очень рада за Толика, если у вас все сложится. С женой ему не повезло! Неприятная особа! Капризная, жадная! Как она умудрилась захомутать его — ума не приложу!

И накрыла Татьянину ладонь своею, посмотрела в глаза.

— Вы уж не обижайте его! Толик — славный и очень одинокий! Но — борец, этого у него не отнимешь!

Татьяна молчала. Что ей сказать в ответ? Несмотря на допрос чистой воды, она не сердилась на Ольгу Львовну. Более того — ей было приятно, что та хорошо отзывалась об Анатолии. Значит, ожидания ее не обманули. Кроме того, со стороны виднее, как Анатолий к ней относится. И это тоже радовало! И обнадеживало!

Она всегда старалась не выдавать своих чувств и меньше говорить о них, тем более — с чужими людьми. Так ее воспитывали, к этому она привыкла! А что говорить? Разве в состоянии кто-то правильно оценить, какая буря творится в твоей душе, какое горе тебя съедает или, наоборот, какая радость фонтанирует? Все внешние проявления чувств казались ей ненастоящими, показушными, неискренними. Настоящие — внутри тебя, в твоем сердце!

А Ольга Львовна уже перекинулась на другое. То ли поняла желание собеседницы не раскрывать душу малознакомому человеку, то ли свои проблемы ее волновали больше. Но Татьяна была благодарна и за это. Резкий голос камеральщицы и манера говорить, как на лекции, без эмоций — сухим, книжным языком, поначалу ей не понравились, но теперь перестали раздражать, равно как и категоричность ее суждений. Тем более Ольга Львовна оказалась презанятной рассказчицей.

— С керамикой много возни на самом деле. Особенно с той, что находят в захоронениях. Она там редко сохраняется целой, кроме разве самых маленьких горшков, — говорила она, отставив кружку с остывшим чаем — похоже, Ольга Львовна давно о нем забыла. — Бывало, поднимут практически целую посудину, смотрят, одна-две трещинки всего, едва заметные — сущая ерунда, по сути. Только на свету эти трещины мигом расходятся. Сама знаешь, предметы на воздухе неравномерно нагреваются. Внутри еще сыро, а снаружи — сухо. Тогда осторожненько берем такой горшочек, бережно очищаем от земли, непременно зубной щеткой. Самое главное — не повредить края разломов, по ним ведь придется посудину склеивать.

Ольга Львовна отхлебнула чай, развернула конфету, но забыла и о ней. Так и продолжала рассказывать, с кружкой в одной руке, с карамелькой — в другой. Сразу видно — человек увлечен своим делом не на шутку. Татьяне не приходилось даже прерывать ее вопросами. Ведь это не рассказ был, а песня, и петь ее Ольге Львовне, вероятно, удавалось нечасто. Так полагала Татьяна. И продолжала с удовольствием ее слушать.

— Соединять обломки нужно рыбьим клеем, он в воде растворяется. Но ни в коем случае синтетическим или резиновым. — Глаза с припухшими веками вдохновенно блестели. — Бывает, какие-то фрагменты горшка отсутствуют, и вдруг находится подходящий. Тогда клей растворяешь, опять зачищаешь края и вставляешь нужный кусочек.

Ольга Львовна перегнулась через стол, лукаво усмехнулась.

— А бронзовые и железные предметы знаешь как обрабатывают? Спиртиком, самым, что ни есть банальным спиртиком. Он останавливает окисление. Кстати, в Сибирской академии наук имеется уникальный прибор. На основе спектрального анализа довольно точно определяет состав разных сплавов. В бронзе, к примеру, соотношение меди и олова. В древности соединяли медь и олово, чтобы получить бронзу, добавляли иногда свинец, а еще — серу и мышьяк. Бронза хорошо сохраняется в могильниках. Окислы придают ей зеленоватый цвет и защищают от разрушения. Вскроют ребята могилку, глянь, а там бронзяшки-бусинки, словно горох, рассыпаны. Вроде бы не уникальная находка, а все-таки сердце замирает…

Она спохватилась вдруг, спросила:

— Ты чего чай не пьешь? Остыл ведь!

— Заслушалась! — совершенно искренне ответила Татьяна.