Читаем Камень. Книга 2 полностью

С матерью общение внучкам Мария Фёдоровна ограничила ещё в начале недели, когда началась подготовка ко вчерашнему «приёму», а уж их психологическая обработка началась ещё с Совета Рода, на котором девочки и познакомились с Алексеем.

Пользуясь в Роду фактически непререкаемым авторитетом, Императрица с самого начала невзлюбила невестку, попытавшуюся после свадьбы с Александром показать свой гонор. Марии Фёдоровне хватило одной беседы с дерзкой «Катькой», чтобы описать её реальное место среди Романовых. Когда Катька забеременела, и выяснилось, что будет девочка, будущую маму просто поставили в известность о имени ребёнка — Мария, в честь царственной бабушки. Ограничивала Императрица и попытки Рода Гагариных сблизиться с внучками, прекрасно понимая корыстные мотивы подобного сближения. В этом её поддерживали и остальные Романовы, в том числе и сын, бывший не в восторге от родичей жены. Так что росли внучки «вдали» от родственников из Рода Гагариных, встречались с ними только по праздникам, получали подарки на дни рождения, дни ангела и Новый год, да подписывали открытки на праздники для самих Гагариных. После покушения на Алексея и принятия его в Род, Мария Фёдоровна всерьёз задумалась над судьбой теперь уже совсем ненавистной Катьки — оставлять её в живых после рождения ребёнка было крайне глупо, невестка, с большой долей вероятности, могла навредить внуку в будущем. На эту тему даже состоялся разговор с Николаем и Владимиром, которые опасения Императрицы полностью разделяли. Договорились, что решение проблемы оставят на потом, ближе к родам, её общение с дочерьми постепенно сводить на нет, а Дворцовой полиции приказали взять на усиленный контроль и прослушку Катькины покои.

* * *

В Университете, на переменах, студенты бурно обсуждали статьи из паутины о казни Гагариных в Бутырке, а я, в очередной раз, стал центром внимания — в этих статьях среди присутствовавших упоминалось и моё имя. Опять вспомнил незабвенных Ингу с Натальей, и нацепил маску спесивого аристократа, чтоб ни у кого не возникло желания подойти и узнать у меня «горяченьких» подробностей. Андрей Долгорукий, которому, как он сам сказал, отец и дед всё описали в красках, в том числе и про падение князя Юсупова с лестницы, хмыкнул, глядя на «спесивого» меня, и изобразил что-то похожее — его родичи тоже в этой статье упоминались. После учёбы в кафе не пошли, договорившись встретится уже в «Избе».

Прохор, когда я пришёл домой, начал со смехом рассказывать про звонок Пафнутьева, касавшегося Юсуповых:

— Князь вчера, как только его из Бутырки выпустили, потребовал у сына водки и продолжил бухать. Сегодня запой благополучно продолжился — заставляет себя катать по дорожкам сада в особняке, жрёт водку и орёт частушки. Так что извинений ты в скором будущем не жди. Михаилу Николаевичу я уже доложился. — мой воспитатель отпил чай из кружки. — Дальше. «Избу» сегодня в очередной раз проверила Дворцовая полиция перед приездом Великих княжон. Ресторан закрыли для посторонних посетителей, оставили пару своих людей. Так что будете сидеть одни. Персоналу сделано строгое внушение об отношении к твоим сёстрам, как к обычным родовитым гостям. Ну, разве что, будут кланяться чуть ниже. И ещё, Алексей. Звонил твой отец, просил не обращать внимания, если твои сёстры после вчерашних событий будут несколько… грустны. Сам понимаешь… Развлеки их, если сможешь.

— Понимаю. — кивнул я. — Постараюсь развлечь.

Переодевшись в домашнее, я развалился на кровати в своей спальне и набрал Алексию, с которой все эти дни переписывался в общем с Викой чате. У нашей звезды Имперской эстрады было всё в порядке — концертный тур благополучно продолжался, залы были заполнены, в группе никто не болел. Со слов девушки выходило, что усталость ещё не успела накопиться, но восторженные поклонники уже успели достать, устраивая скандирования под окнами гостиницы и не давая спать по ночам. Понятно, что Леся всё это рассказывала со смехом, адекватно воспринимая «последствия» своей популярности. В подробностях рассказал о знакомстве Сашки Петрова с Лесиной «протеже», но оказалось, что Вика нашу звезду держит в курсе событий. Вопрос об очередной встрече нами не поднимался — каждый понимал, что всё получится как получится. Про Гагариных девушка, к слову, тоже ничего не спросила, хотя, я уверен, должна была сложить два плюс два с тем разгромом улицы перед нашим домом и срочным переездом в поместье Пожарских, или её насчёт всей этой ситуации просветил грозный отчим. Нисколько не покривив душой, я заверил девушку, что скучаю, и пообещав передать приветы Вике, Прохору, Сашке Петрову и Великим князьям, с сожалением положил трубку.

Минут через пятнадцать приехал мой школьный друг.

— А-а, герой-любовник! — за место приветствия сказал я ему.

— Алексей, прекращай! — Сашка чуть смутился. — Но вам с Викой и Прохором спасибо! И особенно Алексии. Я так понял, это она постаралась?