Карпини, — а точнее, позднейший редактор XVII–XVIII веков, — рисует следующую фантастическую картину. В одной из битв пресвитер Иоанн, «сделав МЕДНЫЕ ИЗОБРАЖЕНИЯ ЛЮДЕЙ, поместил их на седла, НА ЛОШАДЕЙ, РАЗВЕДЯ ВНУТРИ ОГОНЬ, а сзади МЕДНЫХ ИЗОБРАЖЕНИЙ поместил НА ЛОШАДЕЙ людей с мехами… Когда они пришли на место боя, то послали вперед этих лошадей, одну рядом с другой; мужи же, бывшие сзади, ПОЛОЖИЛИ ЧТО-ТО (! — Авт.) НА ОГОНЬ, КОТОРЫЙ БЫЛ В ВЫШЕНАЗВАННЫХ ИЗОБРАЖЕНИЯХ, И СТАЛИ СИЛЬНО ДУТЬ МЕХАМИ. Отсюда произошло, что ГРЕЧЕСКИЙ ОГОНЬ ОПАЛЯЛ ЛЮДЕЙ И ЛОШАДЕЙ, И ВОЗДУХ ОМРАЧИЛСЯ ОТ ДЫМА» [656], с. 46.

Здесь, по нашему мнению, в исходном тексте были описаны МЕДНЫЕ ПУШКИ в «монгольских» = великих войсках. А, следовательно, данное описание относится уже к концу XIV века или даже к XV веку. Напомним, что согласно нашим исследованиям, порох и пушки были изобретены преподобным Сергием Радонежским в конце XIV века и впервые применены в Куликовской битве 1380 года. См. нашу книгу «Крещение Руси». Кстати, на стволах старинных русских пушек действительно отливались иногда фигуры зверей или людей. А приведенные выше фантастические описания являются, по нашему мнению, результатом редакторской правки XVII–XVIII веков. Целью которой было устранить из старого текста Карпини все явные указания на поздне-средневековые события.

Отсюда мы видим, что «Пресвитер Иоанн» для западноевропейских авторов — не только сам Иван Калита, при котором пушек еще не было. Это был для них собирательный образ русско-ордынских царей.

9. На каком языке говорили «монголы»?

Карпини рассказывает, что когда он привез императору «монголов» грамоту от папы, ее потребовалось перевести. Возникает крайне интересный вопрос: на какой же язык перевели грамоту? Карпини пишет об этом так. «Мы поднесли грамоту и просили дать нам толмачей, могущих ПЕРЕВЕСТИ ЕЕ… Мы вместе с ними ТЩАТЕЛЬНО ПЕРЕЛОЖИЛИ ГРАМОТУ НА ПИСЬМЕНА РУССКИЕ И САРАЦИНСКИЕ И НА ПИСЬМЕНА ТАТАР; этот перевод был представлен Бату, и он читал и внимательно отметил его» [656], с. 73.

Итак, оказывается, хан Батый свободно читал по-русски!

Вот еще одно сообщение Карпини на ту же тему. Когда они находились уже при дворе «монгольского» императора, Карпини и его спутникам был задан вопрос: «Есть ли у господина папы лица, понимавшие грамоту РУССКИХ, ИЛИ САРАЦИН, ИЛИ ТАКЖЕ ТАТАР?» [656], с. 80. Карпини ответил, что нет, таких не имеется. И тогда, дескать, пришлось ответную грамоту от монгольского императора к папе переводить на понятный папе язык. Так или иначе, но отсюда однозначно вытекает, что первоначально монгольская грамота к папе была написана на «русском или сарацинском или также татарском языке».

Подчеркнем, что Карпини НИГДЕ НИ СЛОВА не говорит о «монгольском языке». ВСЕ «МОНГОЛЬСКИЕ» ХАНЫ У НЕГО ПРЕСПОКОЙНО ЧИТАЮТ ПО-РУССКИ. О каком-то другом монгольском языке они даже не подозревают. По крайней мере, Карпини, побывав в «Монголии», о нем ничего не слышал.

10. Что такое «монгольский» шатер из белого или красного войлока?

Карпини пишет, что монголы живут в ШАТРАХ. Ясное дело, скажут нам сегодня, — необразованные дикари, домов строить не умеют. Быт примитивный. Оказывается, однако, что шатры у «монголов» были весьма необычны. Например, в одном из таких шатров, «приготовленном из БЕЛОГО пурпура», могло поместиться, как пишет Карпини, ни много ни мало, «БОЛЕЕ ДВУХ ТЫСЯЧ ЧЕЛОВЕК» [656], с. 76. Не правда, очень интересный шатер вместимостью в две тысячи человек?

Венчались на царство монгольские императоры тоже в шатрах. Поскольку никаких других жилищ у них не было. Карпини присутствовал при одном из таких венчаний. И вот что он сообщает. «На прекрасной равнине, возле некоего ручья между горами, был приготовлен другой ШАТЕР, называемый у них ЗОЛОТОЙ ОРДОЙ. Там Куйюк должен был воссесть на престол в день Успения Нашей Владычицы (Успения Богородицы? — Авт.)… ШАТЕР ЖЕ ЭТОТ БЫЛ ПОСТАВЛЕН НА СТОЛБАХ, ПОКРЫТЫХ ЗОЛОТЫМИ ЛИСТАМИ, И ПРИБИТЫХ К ДЕРЕВУ ЗОЛОТЫМИ ГВОЗДЯМИ» [656], с. 77–78.

Если сбросить с глаз скалигеровские шоры, то в этом описании мы сразу же узнаем русские царские палаты, своды которых покоятся на столбах, покрытых сусальным золотом. Впрочем, возможно, здесь действительно имеются в виду походные царские шатры, укрепленные на позолоченных столбах. Когда царь находился в походе, ему ставили царский шатер, украшенный золотом. Тем не менее, дальнейшие разъяснения Карпини показывают, что речь идет все-таки не о походных шатрах — пусть даже и роскошных — а о КАМЕННЫХ ЦАРСКИХ ПАЛАТАХ. Сделанных либо из белого камня, либо из красного кирпича. Как и было принято на Руси.