Читаем Калейдоскоп полностью

Меняясь, словно блики на стене,

Бывает не длиннее сигареты

И тонет в неразбавленном вине.

И если вы сподобились влюбиться,

То отдавать должны себе отчёт:

Любовь, как Янус, изменяет лица

И, как вода, обратно не течёт.

Вы убедитесь очень скоро в этом

И скажете ещё спасибо мне.

Любовь не может властвовать планетой,

Но за её пределами – вполне.

* * *

Он не был святым, пожалуй,

Но был настоящим надёжным отцом,

Оставившим мне скрижали.

Такие скрижали, где каждый завет

(Не путать с Заветом с Сиона)

Не то чтоб ответ, а просто совет,

Чтоб я не скатился со склона.

Скрижали, конечно, с собой я ношу,

Как гордый народ Ханаана,

У жизни давно ничего не прошу,

Лишь соль вымываю из раны.

* * *

Если раз хлебнул из котелка

И увидел северные всполохи,

Заглотил крючок наверняка.

С той поры бывают редко сытыми,

Уважают волю, цель и спирт,

Только с тектоническими плитами

Позволяют раз от раза флирт.

И пускай давно не спим под пологом

И заботы поглотили мезозой…

Не бывают бывшими геологи.

Просто так назначено судьбой.

* * *

По росе не бежали к реке,

Не встречали ночную прохладу

В мятом папином пиджаке,

Не болтали потом до рассвета

О Вселенной и пустяках…

Мы с тобой познакомились где-то

В дискоклубе, а может, в гостях,

Посидели в прокуренном баре,

Пили пиво с картофелем фри,

Обнимались в безумном угаре

И мечтали о чистой любви.

* * *

Оросить лицо водой,

И не тёплой из-под крана,

А из бочки – дождевой,

Потягаться с ветром в поле,

Кто быстрее, посмотри,

До леска на косогоре

Нам бежать минуты три,

И позавтракать черникой,

И испить из родника,

Вот тогда богиня Ника

Посетит наверняка.

* * *

Гомер не понял бы, наверное, Сократа.

На мозг поставлена надёжная заплата

В то место, где осталась дырка от рогов.

Нервируя, скрипит несмазанная дверь.

Опять свалился с полки жирный том Бергсона.

Дыханье хриплое – последствие кессона.

И сердце рвёт внутри, от рук отбившись, зверь.

Кого разжалобит сегодня детский плач?

Когда не совесть, почка может быть товаром.

Способен вылечить отравленным отваром

Асклепию предавшийся палач.

* * *

Гремит Зевес сердитый.

Бутылка пива на столе

И лещ полузабытый.

В лесу попряталось зверьё,

Борей свистит разбойно.

Пластинка старая поёт

Скрипуче, но достойно.

Потоки славного дождя

Смывают полдень душный.

Вернись, беспутная моя,

Попей, поешь, послушай.

* * *