Читаем Калейдоскоп полностью

Наверное, он никогда не был верующим. Сказались и атеистическое воспитание в школе и дома, и далёкая от религии среда, в которой он вращался всю сознательную жизнь. Но идея ада, пришедшая скорее всего при чтении художественной литературы, почему-то прочно вошла в его отрицающего Бога сознание. С годами же постоянные размышления о загробной жизни довели его до той стадии, когда начинаешь испытывать неподдельный ужас перед грядущими муками, обещанными после смерти грешникам. И чтобы избежать всё-таки подобной, хотя и чисто гипотетической участи, он перестал совершать поступки, которые могли бы даже отдалённо рассматриваться как греховные. Конечно же, жизнь изменилась кардинально, потому что он всеми силами избегал как совершенно незначительных прегрешений, связывая их с лёгкими пытками впоследствии, так и серьёзных грехов, сулящих настоящие мучения в необозримом будущем. Просто он с детства нестерпимо боялся любой боли.

Коленкор

Они жили в общежитии «Астория», расположенном прямо напротив столовой «Метрополь». Утром, позавтракав в пирожковой «Националь», они шли в Путиловские мастерские, ютящиеся в полуподвальном этаже дома Строгановых. Там же днём перекусывали недоеденным в «Национале» тестом расстегаев, запивая его бульоном от отваренных яиц. А вечер проводили на танцплощадке «Мулен Руж», где брали уроки айкидо у местной шпаны, либо шатались по кварталу Красных фонарей, подыскивая себе даму с камелиями для совместного времяпрепровождения под кустиком в Булонском лесу или фривольного поведения на последнем ряду на заключительном сеансе в «Синематографе», потому что в «Оперу» их уже не пускали. Вот такой коленкор.

Сверло

Это было алмазное сверло, и оно могло справиться с любым материалом. Когда сверло уже всё в жизни попробовало, то решило, что способно просверлить Землю насквозь и что нечего растрачивать себя по пустякам. И сразу перестало эффективно работать, то есть оно продолжало вращаться по необходимости, но как-то без энтузиазма и без толку, потому что готовилось к великим свершениям и не желало зря расходовать силы. Но несколько раз ещё испробовав сверло в деле и убедившись в бесполезности инструмента, его попросту забросили на самую верхнюю полку и вскоре забыли о его существовании. Так с тех пор и валяется сверло, но с надеждой, что когда-нибудь всё-таки его мечта осуществится и оно продемонстрирует, на что способно.

Боец

Внешне парень ничем не отличался: средний рост, несколько массивная фигура, разве что руки длиннее стандарта и плечи очень покатые. Но вот ссориться с ним никто не решался, потому что удар левой был у мальчонки совершенно уникальным, а точнее, молниеносным. Рука вылетала, будто из катапульты, и любой противник надолго оказывался в лежачем положении, хотя молодой человек обладал миролюбивым характером и крайне редко пользовался левой. Разумеется, его ещё в нежном возрасте случайно приметил один специалист и пригласил к себе в секцию. Правда, на тренировках новоиспечённому бойцу приходилось спарринговать исключительно с боксёрскими грушами и прочим инвентарём, потому как тренер не мог позволить себе рисковать здоровьем и карьерой остальных посетителей секции. Слава талантливого боксёра росла прямо пропорционально количеству выбитых зубов, сломанных носов, челюстей и рёбер, он становился популярным, известным, а потом и знаменитым. Он не проиграл ни одного боя, так как на первой минуте первого раунда неизменно случался нокаут и рефери, отсчитав положенные девять секунд, приглашал медперсонал. И никакие тренеры, никакие спортивные врачи и околоринговые научные работники не могли найти мало-мальски подходящего объяснения этому природному феномену. Кроме того, парню было абсолютно безразлично, в какой весовой категории выступать, потому как силы его удара хватило бы, чтобы свалить с ног, к примере, носорога. А тут ещё начали входить в моду различные бои без правил, карате, тайские боксы и другие экзотические единоборства, которые также пришлись по вкусу нашему герою. Короче, все соревнования, в которых ему доводилось участвовать, теряли первоначальный смысл, ведь имя победителя было известно заранее. Многие уважающие себя державы, пытались, конечно, подготовить более-менее достойного конкурента неоспоримому чемпиону, прибегая даже не к вполне этичным приёмам и методам, но все усилия оказывались тщетными. Максимум что удалось добиться, да и то лишь особенно вёртким соперникам, – это дотягивать до второй минуты первого раунда, но за такую удачу приходилось платить более высокую цену, ведь боец начинал нервничать и его левая летела несколько сумбурнее, чем обычно, и производила более значительные разрушения. Через какое-то время первенства потеряли такую необходимую для них составляющую, как интрига, а значит, лишились по сути дела всякого смысла. Букмекерские конторы начали разоряться, теневые дельцы от спорта уходили в более перспективный бизнес, а молодёжь из единоборств потянулась в сторону бальных танцев.