– Нет, это абсолютная правда, – ответил я, – По три часа каждый день с редактором у кровати в темной больничной палате, этот человек медленно творил свою мечту. Газета, подведя подсчеты, предположила, что за все время для написания 137-страничного текста он моргнул больше 200000 раз. И вне всяких сомнений, эта книга – шедевр. В ней он написал обо всем том, что мечтал совершить в жизни, но не смог: проехать гору в Альпах с велосипедистами Тур де Франс, гнать по трассе Формулы 1, наслаждаться поджаренной по-лионски сосиской прекрасным летним днем. Ему было так больно, что он никогда больше не сможет взять на руки своих детей, поиграть с ними, стать тем, кем он так мечтал.

– По завершении книги, – продолжил я, – он основал ассоциацию помощи парализованным и их семьям, представляя себя, как пример победы над обстоятельствами, стараясь таким образом воодушевить остальных. Печально, но Жан-Доминик скончался – та статья оказалась его некрологом. Но, Джулиан, я более чем уверен, что ты согласишься – его жизненные принципы, его ослепляющая сила духа, желание достичь того, о чем мы с тобой говорили, – это именно то, чему ты учил меня. Этот поступок нельзя назвать ничем иным, как проявлением истинного героизма. Он видел как и остальные, но думал, как никто другой… ведь правда?

– Да, Питер, так оно и было. Это именно то, о чем я пытался рассказать тебе. Найти возможность там, где другие видят только жуткую трагедию. Обрести надежду среди отчаянья. Отыскать луч света в кромешной тьме. Это прекрасный пример, спасибо, что поделился со мной. Ты знаешь, чего люди могут достичь, работая по принуждению, но такие самоотверженные поступки, никогда не перестанут восхищать меня. Меня очень удивляет, что с какой-то стороны люди ждут наступлений кризиса, какого-либо рода – личностного или профессионального, прежде чем заглянуть в себя, раскрыть свой потенциал. Это действительно печально.

Я сел в машину, а Джулиан, стоя рядом, наклонился к открытому окну.

– Ну вот, друг мой, осталась всего одна встреча, прежде чем мне придется отправиться в путь. Я с удовольствием провел это время с тобой. И я очень доволен, что мои советы так благотворно повлияли на развитие GlobalView.

– Я жалею только об одном: я никогда не смогу отблагодарить тебя за все, что ты мне дал, Джулиан, – ответил я.

– Просто продолжай следовать моим советам, выполняй практики, делись мудростью Сиванских монахов, которой я, в свою очередь, поделился с тобой. Пусть знания о лидерстве станут известны в твоей компании, а потом и во всем бизнес-сообществе. Постарайся рассказать об этом своим менеджерам и простым сотрудникам, ведь чем больше народу узнает об этом, тем лучше. Большей награды мне не нужно.

– Ты ничего не забыл? – спросил я, когда Джулиан повернулся, собираясь уходить.

– Ах, да. Ты хочешь узнать, где мы снова встретимся, верно?

– Конечно. Ведь остался еще один ритуал…

– Наша последняя встреча состоится в обсерватории. Подъезжай к полуночи. Я покажу тебе то, что окончательно и бесповоротно изменит твое мнение о лидерстве.

– Правда?

– Да. И прежде чем уехать, возьми, пожалуйста, этот кусочек дерева. Я знаю как ты любишь паззлы, – подмигнул он мне, протягивая последний кусочек паззла, который он только что достал из недр своего балахона. Аккуратно вложив его мне в левую руку, он произнес, – До встречи, амиго.

Я взглянул на этот простой подарок. Эти кусочки стали много значить для меня, служили напоминанием ритуалов успешного лидерства. Восьмой кусочек картинки был светлым и довольно странным на вид, собственно, как и предыдущие. Надпись на нем гласила: «Ритуал 8: Согласуй лидерство с будущим».

Я быстро поднял взгляд, чтобы спросить, что значат эти слова, но он уже исчез. На площадке передо мной молча стоял маленький мальчик, посмотрев на меня, он улыбнулся.

Ритуал восьмой: Согласуй Лидерство с Будущим

Была уже почти полночь, когда извилистая дорога привела меня к обсерватории. Она располагалась за городом, поэтому там всегда было мало народу. Постоянно там находились только двое астрономов, которые проводили там свои исследования. Я быстро припарковался, и побежал вверх по лестнице прямо к главному холлу, где меня наверняка уже ждал Джулиан. Ночь была прекрасной, ни облачка на небе. Не нужно было и телескопа, чтобы увидеть мириады звезд и луну, освещавших ночные небеса.

– Привет, Питер, – пробормотал Джулиан, быстро предлагая мне войти, ни на секунду не отвлекаясь от внимательного изучения звезд, – я очень рад, что тебе удалось выбраться.