Читаем Как исправить зрение полностью

Четвертое. Когда читаете, глаза не должны быть полуприкрыты. Хотя, в отличие от нахмуривания, у этого действия оправдание есть. Опуская веки, мы сужаем площадь нормального зрительного поля, и таким способом устраняем часть отвлекающих факторов, в том числе рассеянное освещение, поступающее в глаза от тех пространств страницы, на которые не смотрим.

Многие люди с нарушенным зрением осуществляют чтение сквозь узкую щель между верхним и нижним веками; эта привычка более всего свойственна тем, у кого помутнена роговица или другие светопроницаемые (в нормальном состоянии) ткани. Оптический эффект таких помутнений сравним с эффектом, производимым крохотными водяными каплями, плавающими во взвешенном состоянии в воздухе осеннего утра; мириады этих капель отражают и рассеивают свет, образуя густую пелену, сквозь которую не пробиться взглядом. И страдающий человек, прикрывая веки, инстинктивно избавляет роговицу от избыточного света, что как бы снижает густоту тумана в его глазах, где роль водяных капель исполняют помутнения.

Но чтобы удерживать веки в таком положении, требуются непрестанные мышечные усилия. Эти усилия повышают напряжение внутри и на периферии глаз, а оно дает себя знать повышением напряжения разума. Вне сомнений, зрение из-под полуприкрытых век является способом его немедленного улучшения, но за это немедленное улучшение придется дорого расплачиваться в будущем, поскольку достигается путем нарастания напряжения и утомления, что чревато прогрессирующим ослаблением зрительной силы. Именно поэтому важно найти метод исправления этой крайне нежелательной тенденции. Сознательного расслабления век, чтобы они постоянно оставались нормально открытыми, будет недостаточно. Да и, скорее всего, все закончится тем, что мы будем видеть намного хуже, чем ранее, поэтому в целях самозащиты мы вынуждены будем вернуться к старым и плохим привычкам.

К счастью, существует простейший способ достижения тех же результатов, какие дают полуприкрытые веки. Вместо того, чтобы отсекать ненужное освещение и другие отвлекающие факторы в конце пути, то есть в глазу, мы отсечем их в самом начале. Все, что потребуется, это лист плотной черной бумаги, линейка и острый нож.

Возьмите черную бумагу и отрежьте столько, чтобы хватило закрыть половину обычной книжной страницы; посередине прорежьте щель – чуть длиннее печатной строки, а по ширине равную двум-трем таким же строкам. Впрочем, ширину прорези легко менять (в зависимости от размера шрифта), надвигая на нее полоску той же черной бумаги; когда нужная ширина достигнута, полоска закрепляется скрепками для бумаг. Затем, если все готово, наложите черную бумагу на страницу – так, чтобы нижняя кромка прорези как бы подпирала читаемую строку. Когда строка дочитана, сдвиньте прорезь на строку ниже. И так далее.

Это простое до абсурда приспособление полезно всем, кто испытывает какие-либо трудности в чтении. Для тех же, кто страдает от помутнения роговицы и других тканей, оно раза в два улучшит ясность их зрения, при том, что веки полностью открыты и расслаблены.

Чтение сквозь прорезь способствует той технике антивгля-дывания, о которой я уже говорил: быстрые перемещения вперед и назад по чистому светлому пространству сразу под шрифтом. Прямой край черной бумаги – точно железнодорожный путь, по которому взгляд катится быстро и плавно. Кроме того, легче представить фон светлее, чем в действительности, когда рассматриваешь и вспоминаешь его по контрасту с черной бумагой.

Черная бумага с прорезью может иногда быстро исправить привычку пытаться видеть слишком много текста и видеть сразу. Короткая щель в три четверти дюйма позволит видеть ровно столько, сколько может быть воспринято желтым пятном, а быстрые перемещения внутри ограниченного пространства введут в игру центральную ямку – точку наибольшей чувствительности глаза.

Разумеется, бумагу с такой прорезью придется передвигать от слова к слову, и, возможно, чтение с ней воспримется как мучительство (чтобы свести к минимуму это неудобство, чередуйте длинную и короткую прорези). Но если человек сознает, что, идя на некоторые жертвы, он вырабатывает у себя (и для себя) полезные привычки зрительных функций, то наверняка примирится с временными трудностями.

Это, пожалуй, наиболее тягостная из всех зрительных ситуаций. Всякий раз, когда мы отправляемся за покупками или идем в музей,

разыскиваем в библиотеке понадобившуюся книгу, роемся в ящиках стола в поиске запропастившейся записной книжки, наводим порядок в кладовой или на антресолях, чиним машину, пакуем или распаковываем багаж, – всякий раз нас призывают напрячься и смотреть внимательней, чтобы ничего не пропустить… Как избежать или уменьшить утомление и напряжение, неизменно возникающие в ходе такой работы?