Читаем Как я не умер от коронавируса полностью

Пятница, 13-тое. Просыпаюсь строго по сценарию 80% заболевших коронавирусом: «Ничего не понимаю и бьюсь в ознобе. Случайно кашляю, и игольчатая боль неожиданно пронзает всю грудь». Однако!

Хорошо, что интервью высокопоставленной чиновницы ВОЗ о том, как это происходит, я прочитал много позднее, иначе пришлось бы потратиться ещё и на туалетную бумагу. ВОЗ – это такие же мудаки, как наш Роспотребнадзор, карьера врача и карьера чиновника – это разные пути. Но когда умираешь, разница уже не существенна. Натираю тайским бальзамом грудную клетку… Саму клетку не рассмотрел, но все что под футболкой точно натёр, плюс всю шею и усы. Вот для чего нужны усы! Усы – это не то же самое что бакенбарды. Усы, натёртые тайским бальзамом, позволяют вдыхать только воздух, насыщенный эфирными маслами. На ранних стадиях простуды и ангины – убойное средство.

До половины девятого проспал спокойно. Коронавирус – вещь опасная. Затянул с обращением к медицинской помощи, и задохнулся по дороге в больницу. Но у меня нет коронавируса. Да, мы провели на обратном пути пять часов в аэропорту Шарль де Голь, где не было ни одного человека в маске. Но мы ни с кем не контактировали, сидели в сторонке и смотрели «Люцифера» на ноутбуке.

Правда, был достаточно близкий контакт, при регистрации на рейс. Но как она мне улыбалась! Это вам не Таиланд с тысячью и одной улыбкой, за это и умереть не жалко.

Только уже двадцать дней с тех пор прошло, и я знаю источник своего заражения. У внука есть график. Он две недели посещает садик, а потом две недели культивирует в своём организме очередную злобную инфекцию – не подхватить невозможно. Он выздоровел вчера, я сегодня заболел. Температура 37 и 3 – ерунда, но здоровья нет и на работу не пустят. Вне всякого сомнения, надо думать о больничном. Звоню диспетчеру Гамма-страхования, так мол и так, хочу врача на дом. Девушка спрашивает:

– Бывали ли вы заграницей в течение месяца?

– Бывал, – говорю.

– В какой стране?

– В Уругвае.

Девушка берет рекламную паузу, видимо вспоминает есть ли другие спутники Земли кроме Луны.

Потом говорит:

– Понимаете, для вызова врача на дом у нас есть специальные медицинские показания. И ваши показания им не соответствуют. – Видимо, других спутников Земли обнаружено не было. – Но вы можете записаться на КОНСУЛЬТАЦИЮ к терапевту в нашу клинику. В субботу и воскресенье там посвободнее.

Тащиться на площадь Койкого, через весь город … За руль – нет здоровья, да ещё и метаться там в поисках парковки. Ну, нафик. Завтра. До понедельника далеко. Но температура растёт. Жена снова звонит диспетчеру и пытается записать меня на консультацию. Снова следует вопрос, а не был ли я, маза фака, за границей. Был?! Мест нет! «Покойся с миром. Помним. Скорбим».

Жена снова звонит диспетчеру – все билеты проданы, есть ли ещё варианты? Диспетчер направляет к «Важному доктору». Очередная девушка снова задаёт вопрос про «маза фака» в течение месяца. «Тогда только по месту жительства», – следует ее честный ответ. Понятно, что им нечего терять по месту жительства – зарплаты мизерные, а в «Важном докторе» – высокодоходные специалисты, не дай бог, я подорву их бизнес лечить здоровых и мнительных. Если бы я вложил свои собственные деньги в ДМС, я бы тут же выздоровел в порыве гнева. А так, деньги предприятия, мало ли куда они их запулили, я должен быть только благодарен. И я, конечно, благодарен. Я горжусь своим предприятием! Но по линии ДМС мне было откровенно отказано в медицинской помощи.

Из народных средств лечения коронавируса у нас кроме хрена, ни хрена. Но есть ещё настойка эхинацеи по рецепту Светланы Борисовны, имунноукрепляющее. Она уже спасла несколько работников нашего завода от простуды и гриппа.

Жена, она меня все-таки любит или привыкла, выясняет, что по месту жительства, врача на дом в субботу вызвать нельзя, но в поликлинике есть дежурный врач, и можно попасть к нему на приём.

Тащимся в поликлинику. Жена спрашивает:

– И там скажешь, что был за границей?

– Скажу. У нас тут недавно чувак привёз сырье из Финляндии, а записался в анкете, что был только в РФ. Может, конечно, он занимается интеграцией Европы в Россию. Но когда я рассказал об этом директору, директор мне сказал, что есть и такие, но честных, все же больше! Не могу же я теперь подвести директора.

– Ну, ты хоть в регистратуре не говори, а то поднимется паника, – попросила жена.

Приходим в поликлинику. В регистратуре женщина в возрасте. И без маски? Она заведомо общается с больными людьми! Уважаю людей, которые не боятся смерти, главное, чтобы не больно и не через понос.

Пока она заводит на меня новую карточку, я не посещал их более 10 лет, я присаживаюсь на диван. К моему удивлению, мне тяжело стоять.