Читаем Как это было полностью

Допустим, что мы изложили в своем «Обращении» что-то неправильно. Так Вы поправьте нас, подскажите нам, в чем мы не правы, и что приемлемо для вас, и что неприемлемо, и только. Мы ведь никаких условий не ставим и изменять к Вам своих отношений не собираемся. А отношения наши к вам самые чистые. И именно эти отношения к вам и наши опасения за будущее Совета Церквей, а не «плотской дух». Не «дух нетерпимости и мщения», как вы говорите, руководил нами при составлении нашего «Обращения» - Бог свидетель. И эти отношения мы хотим и впредь сохранить, развивать во всяком сотрудничестве с вами. Однако, право иметь свои личные взгляды и суждения, право свободы высказываться по любому вопросу и вносить смелые, и рискованные предложения, мы и теперь признаем за собою. Такие и подобные им мысли братья высказывали на данном совещании.

Что же касается наших служителей, которых Вы в своей речи до предела унизили, чтобы вывести их из строя, то скажем - тем самым вы глубоко поранили и всех нас. Такая работа не к созиданию, и добрые домостроители так не поступают, нас за такие действия церкви давно бы освободили от работы.

У нас возникает вопрос: а не такими ли методами пользовался Совет Церквей и в отношении других, выведенных ранее из своего состава братьев? И не таким ли путем возрождалась «оппозиция»?

Ваши, Геннадий Константинович, отношения с нашими служителями нуждаются в примирении, и мы будем ожидать, что Вы найдете пути к исправлению этого положения. Если же говорить о грубых и резких выпадах и не в братском тоне, то надо послушать Вашу к нам речь. Все, слушавшие ее, были о Вас другого мнения. А внутреннее ее содержание свидетельствуют о том, как можно ослабеть, находясь долгие годы без общения с верующими духовно.

Со своей стороны, мы тоже не оправдываем себя. Можно было бы подобрать в «Обращении» более мягкие слова и выражения, и просительный братский тон. Кое-какие моменты могли бы уточнить в самом Совете Церквей. За все это просим прощения. По существу же считаем «Обращение» своевременным и уместным, отражающим действительное положение вещей по всем пунктам.

Вот приблизительно все, о чем говорили служители на описываемом нами совещании.

По поручению совещания Совета служителей Средней Азии. Подписали:

ДЖАМБУЛ8.09.79г.

После принятия всех мер и обращений в СЦ и лично Крючкову положение дел не улучшилось.

Служители Средне-Азиатского региона обратились к церквам; находящимся на территории Средней Азии и Казахстана с письмом следующего содержания:

ПИСЬМО РАСШИРЕННОГО СОВЕЩАНИЯ

СЛУЖИТЕЛЕЙ СРЕДНЕЙ АЗИИ

ВСЕМ ЦЕРКВАМ, НАХОДЯЩИМСЯ НА ТЕРРИТОРИИ СРЕДНЕЙ АЗИИ И КАЗАХСТАНА.

"Дабы не было разделения в теле,

а все члены одинаково заботились

друг о друге.

Посемy, страдает ли один член,

страдают с ним все члены;

славится ли один член,

с ним радуются все члены.

И вы - тело Христово, а порознь - члены

1 Кор. 12:25-27.

Дорогие дети Божии! Братья и сестры церквей Средней Азии!

С глубокой скорбью и печалью в сердцах, мы обращаемся к вам с этим письмом. Наше искреннее желание поделиться с вами своими переживаниями о создавшемся нездоровом положении в нашем гонимом Братстве.

Уже около трех лет назад со стороны служителей Средне-Азиатского Совета было написано в Совет Церквей Братское Обращение, в котором были выражены братские замечания и предложения. Текст Обращения прилагается к письму. В Обращении были затронуты все наиболее острые проблемные вопросы жизни нашего братства.

Но к глубокому нашему сожалению это Обращение не было принято. Азиатский Совет после нескольких лет разбирательства этого вопроса делает анализ своих действий и действий со стороны Совета. Церквей, через посылаемых работников: П.Д. Петерса, Я.Е. Иващенко, М.С. Кривко.

Это Обращение обнаружило и открыло, что мы, служители Азиатского Совета имеем. разномыслия по некоторым вопросам домостроительства. Все Обращение было отвергнуто по всем пунктам. Когда Азиатский Совет выслушал магнитофонную ленту от брата Геннадия Константиновича, где он дает ответы на предложения, отраженные в Обращении, то у него создалось мнение, что информация, идущая к брату Геннадию Константиновичу существенно искажается. Хотя Азиатский Совет не изменил своих мыслей по изложенным вопросам, но все же нашел возможным и полезным просить прощение за некоторые слова и выражения в Обращении, которые придали письму грубый тон.

Впоследствии мы убедились, что не отдельные слова в требовательном тоне, а само содержание и дух Обращения был неприемлем для Совета Церквей. Мы не стали требовать выполнения наших предложений, поскольку они оказались неприемлемыми. Нам предлагали взять это обращение обратно, но мы считали и считаем, что оно было написано вовремя, правильно и в духе братского сотрудничества.