Читаем Каюта номер 6 полностью

Лея вздохнула, раскрыла книгу на заложенной странице. Она собиралась до прибытия в Израиль прочесть как минимум половину книги. Подруги говорили об «Иммензее» как о «великой книге о любви, которую должны прочесть все интеллигентные люди». Лея хотела соответствовать статусу «интеллигентного человека» и потому купила книгу с твердым намерением прочесть. Но история любви Рейнхарда и Элизабет с самого начала показалась ей слащавой и неестественной. Конечно, это XIX век. Конечно, тогда все было по-другому. Но неужели этому глупцу Рейнхарду непонятно, что мужчина должен быть мужчиной. А женщине, кроме придуманных романтических сказок и слезливых писем, нужны страсть и твердая мужская рука. Женщина всегда чувствует, кто перед ней – самец, который подчинит ее своей воле, или тюфяк, жизнь с которым превратится в вечное мучение. Появление в сюжете романа соперника Рейнхарда, Эриха, Лея восприняла с воодушевлением. Наконец появился настоящий мужчина, который поставит точку во всем этом слезливо-медовом любовном мареве. Лея не сомневалась, что именно ему отдаст руку красавица Элизабет. Хотя… Откуда у нее такая уверенность? Она же в свое время выбрала в спутники жизни нерешительного и мечтательного Тамира, а не какого-нибудь героя. Лея покосилась на соседок. Две старушки трещали как сороки на своем непонятном языке. Интересно, о чем они болтают? Наверняка промывают кому-нибудь косточки. Скорее всего, этим итальянским княгиням. Надо будет и ей как-нибудь заняться русским языком. Лея вздохнула, поправила одеяло и погрузилась в чтение.

Когда Тамир вошел в библиотеку, преферансисты уже сидели за столом. Супруги Азулай расположились, по своему обыкновению, друг против друга. После завтрака они успели переодеться. Рахель сменила белый балахон на цветастое платье с узким лифом и широкой юбкой, Илан надел клетчатую тенниску и ежился, потому что кондиционер в библиотеке работал на полную мощность. Миша Орлов в легком голубом свитере тасовал колоду, ловко деля ее в воздухе на две части и пропуская карты между картами. Увидев молодого человека, он положил колоду на стол и сложил руки перед собой.

– А вот и наш Тамир. – Миша добродушно прищурился и указал рукой на свободный стул. – Садись и начнем. Мы уже раскидали на туза[11]. Мне сдавать.

– Отлично! – Тамир сел на предложенный стул напротив Орлова, придвинул к себе карандаш и резинку.

Стол, за которым они сидели, был специально изготовлен для игры в преферанс. На его гладкой пластиковой поверхности было нарисовано несмывающимися чернилами классическое игровое поле. Две диагональные полосы делили все пространство стола на четыре части. В треугольнике, относящемся к каждому игроку, горизонтальными и вертикальными линиями были очерчены места для записи очков – положительных и отрицательных, так называемые пуля, гора и висты. Перед каждым игроком лежал остро отточенный карандаш для записи результатов.

Быстрыми привычными движениями Миша раздал карты. Две отложил в сторону, сложил руки перед собой и уставился на игроков, пытаясь по выражению их лиц понять, довольны ли они полученными картами.

Каждый из игроков развернул свои десять карт.

Илан Азулай был явно доволен увиденным. Его брови быстро поднялись на лоб и тут же опустились.

– Неплохо, – пробормотал он и быстрыми движениями разложил карты по мастям. – Очень даже неплохо.

Он обвел глазами других игроков, словно давая им время разобраться со своими картами. После этого он торжественно произнес:

– Пика.

Тамир бросил еще один взгляд на свои карты.

– Пас.

– Трефа.

Рахель Азулай с вызовом взглянула на мужа. Илан тяжело вздохнул, нахмурился, кашлянул и вновь развернул свои карты. На его широком лице с пухлыми губами ясно читалось сомнение. «Хорошо, что он играет не в покер, – улыбнулся Тамир. – Все его карты можно было видеть на его лице. Он явно собирался играть на пике». Миша Орлов перевел смеющийся взгляд с Рахель на Илана.

– Вот такие сюрпризы нам готовят жены, Илан.

– Да, – протянул Илан, явно колеблясь и не зная, какое решение принять. – Особенно еврейские жены. Они обожают ставить мужей в сложное положение.

– Илан! – не выдержала Рахель. – Ты сегодня просто помешался на национальных особенностях окружающих. Что с тобой?

– Со мной… – Илан продолжал рассматривать карты. – Ничего. Все в порядке со мной. А помешательство – это тоже наша национальная черта.

Он свернул карты и тут же снова их развернул.

– Прими уже наконец какое-то решение, – рассердилась Рахель. – Такими темпами мы не закончим игру до завтра.

Илан наморщил лоб и одним движением свернул свои карты.

– Бубна, – с вызовом произнес он.

– Бубна здесь, – немедленно ответила Рахель.

– Черва.

Рахель улыбнулась и отправила мужу воздушный поцелуй.

– Пас.

Миша Орлов взял две лежащие перед ним карты и поднял глаза на Илана. Тот коротко кивнул.

– Открывай.

– Молись, Илан, – улыбнулся Миша. – Молись на меня.

Он перевернул две карты. Это были червовый валет и пиковая девятка. Увидев девятку, Азулай облегченно вздохнул.

– Спасибо, босс.