Читаем Кадж полностью

Утром, когда отец поехал на автозаправочную станцию, ему удалось поговорить с матерью.

- Ма...

- Что случилось, милый?

- Нет... со мной - нет. С Каджем.

- А что случилось с Каджем?

- Он заболел.

- Что ты имеешь в виду?

Брет рассказал ей об утренней встрече с собакой, о странных изменившихся глазах Каджа, о пене из его рта.

- И его походка была какой-то странной, - закончил свой рассказ Брет. - Мне кажется, мы должны рассказать об этом отцу.

- Нет, - резко сказала мать, положив руку ему на плечо, - ты не сделаешь этого.

Он с удивлением и испугом поднял на нее глаза. Она продолжала более спокойно:

- Он не позволит нам уехать, если узнает, что Кадж нездоров. И потом, я думаю, с собакой не случится ничего страшного. Если мы уедем, твой отец прекрасно сумеет позаботиться о ней.

- Да, наверное... - Брет подумал, что мама, безусловно, права, но все же ему было почему-то не по себе.

Мать обняла его и поцеловала.

- Говорю тебе, все будет в порядке. Если хочешь, вечером мы позвоним отцу и узнаем, как чувствует себя Кадж.

- Да.

Брет принужденно улыбнулся, и она ответила на улыбку. Его тревога несколько утихла, а потом все они закрутились в предотъездных хлопотах.

Кадж так и не показался на глаза...

Итак, Джо притормозил у автобусной остановки и достал из машины их багаж: две большие сумки и две - поменьше.

- Эй, женщина, ты везешь с собой столько барахла, что можно подумать, ты намерена остаться в Коннектикуте навсегда.

Шарити и Брет с готовностью улыбнулись, потому что для ненавидящего всякие шутки Джо Камбера это звучало как высшее проявление чувства юмора.

- Парень, ты сумеешь позаботиться о своей матери? - спросил Джо Брета.

Брет кивнул.

- Да, я тоже думаю, что сможешь. Ты ведь уже довольно большой мальчик. Ты, наверное, теперь даже не захочешь, чтобы твой старый отец поцеловал тебя на прощанье.

- Ну что ты, папа...

Брет обнял отца за шею и поцеловал в небритую щеку. Он вдруг испытал приступ непонятной любви к нему, любви, не имеющей ничего общего с их повседневными отношениями. Отец потерся щекой об его щеку, потом легонько оттолкнул и повернулся к Шарити. В его голосе неожиданно прозвучала теплота:

- Желаю хорошо провести время.

Ее глаза наполнились слезами, и она быстрым движением вытерла их.

- Спасибо.

Отец вновь повернулся к Брету:

- Может быть, останешься со мной?

Шарити пристально посмотрела на них и вошла в автобус. Сегодняшнее поведение мужа было непривычным и смущало ее. Тем временем Джо говорил Брету:

- Хочу дать тебе пару советов, мой мальчик. Ты, конечно, можешь ими и не воспользоваться, как это частенько бывает с мальчиками, но я, как отец, просто обязан тебе их дать. Первый совет таков: этот парень, которого ты увидишь - я имею в виду Джима - не более, чем кусок дерьма. Ты уже достаточно взрослый и сумеешь это заметить. Он не способен ни на что, кроме как перекладывать бумажки в своей конторе. Такие, как он, ничего не умеют делать руками. - На щеках Джо проступил легкий румянец. - Ну, да ты сам скоро в этом убедишься.

- Понятно.

Джо Камбер слегка улыбнулся:

- И второй совет: учись беречь деньги.

- Но у меня их нету...

Сунув руку в карман, Камбер извлек оттуда пятидолларовую банкноту:

- Вот, держи. И не трать все сразу.

- Ладно. Спасибо.

- Что ж, счастливо, - сказал Камбер.

- До свидания, папа.

Брет смотрел вслед отцу, садящемуся за руль машины. Больше ему не было суждено увидеть его живым.

Примерно в это же время Гарри Первир, вышедший во двор проверить ульи, услышал странный звук.

Прислушавшись, он понял, что это чье-то рычание.

Повернувшись на звук, Гарри увидел, как из густой высокой травы внезапно возник Кадж.

- Эй, парень, на кого ты рычишь? - спросил Гарри, и вдруг его голос сорвался.

Прошло двадцать лет с тех пор, как он в последний раз видел бешеную собаку, но забыть этого не мог все последующие годы. Именно так выглядел сейчас Кадж: у него были те же симптомы.

"Не отходить от дома, - скомандовал себе Гарри. - Это опасно. Нужно взять ружье..."

Он попытался сделать шаг назад.

- Эй, Кадж... хороший песик, хороший мальчик...

Кадж стоял в углу двора, смотрел на него бессмысленными красными глазами и рычал.

- Хороший мальчик...

Кадж никак не воспринимал слова, произносимые МУЖЧИНОЙ; сейчас они были для него пустым звуком, как мимолетный ветер. Значение имел только запах МУЖЧИНЫ. Запах был горячим. Это был характерный запах страха. Кадж внезапно почувствовал в МУЖЧИНЕ виновника своего плохого самочувствия. Он сделал в сторону МУЖЧИНЫ шаг, затем другой, третий, все это время не переставая рычать.

Гарри увидел, что собака приближается к нему. Он повернулся и побежал. Каждый укус Каджа сейчас мог означать только одно - смерть. Он мчался к спасительному крыльцу, надеясь спрятаться в доме. Но, очевидно, в последнее время он слишком много пил и поэтому не мог достаточно быстро бежать. За спиной он слышал приближающееся дыхание громадного пса...

Все же он успел добраться до ступенек, когда двухсотфунтовый сенбернар свалил его с ног. Гарри попытался встать, но не смог. Собака возвышалась над ним, не давая сдвинуться с места. Гарри закричал от страха.