— Представляете? Этот больной все-таки приперся, сначала убил второкурсницу, а теперь еще посмел заявиться сюда! — услышав это, я сжал кулаки так, что у меня аж пальцы хрустнули. Злость заполнила меня, а глаза начали слезиться, однако я смог подавить эти эмоции и сделал вид, что не услышал ничего.

— Так, Эридов, встаньте, Вы почему разговариваете на моей паре? — прервал перешептывания препод.

— Прошу прощения, что отвлек вас, — послышался знакомый голос, и как я не догадался? Анастас Эридов — мой друг детства, бывший друг. Мы были не разлей вода, до класса девятого точно. Потом он начал всячески пытаться показать, что лучше меня, но особо ничего достичь не смог. Так исторически сложилось, что я полимат1, а он технарь. Но даже в точных науках он не мог со мной конкурировать, я всегда проводил за учебой больше времени, а труд окупается всегда, точнее почти всегда.

— Опять он, — прошипел я. Я хотел было ударить парту, но Артем меня вовремя остановил. Он молча посмотрел на меня, но я все понял по его взгляду. Он всегда был молчаливым и мало что о себе рассказывал, но по тому, как он смотрел на того или иного человека, было понятно, что Артем думает о нем и что испытывает мой друг в данный момент. Так вот, он был разбит, разбит не меньше меня, но в отличие от меня, он всегда был сильнее. Никогда не ныл по пустякам, никогда не сдавался и всегда думал о других. Так почему же он выглядит так, будто скоро сломается? Почему я забыл про единственного человека, которому я реально нужен?

Всю оставшуюся пару я провел в раздумьях, а когда она наконец-то закончилась, я подошел к Артему.

— Слушай, давно мы не выпивали вместе, может соберемся как-нибудь? — спросил я и улыбнулся.

— Да, давай через недельку ко мне на дачу поедем, отдохнем хотя бы, — ответил он и у меня словно гора с плеч упала. Я хлопнул его по плечу, и мы пошли дальше учиться. По итогу, под конец дня никто из нас не явился на кладбище, мы просто не смогли, однако, несмотря на это, день шел своим чередом.

Я просто уверен, что прошло около шестнадцати часов, однако мой телефон говорит об обратном. Пять вечера. Не знаю, что на меня нашло, но я решил навести в комнате порядок. Прибираясь, я нашел множество вещей, которые напоминали о прошлом. В один момент я уже не мог делать вид, что они ничего не значат. Я упал на кровать, закрыл глаза и погрузился в пучину рефлексий. Возможно, я уснул, однако я бы так не сказал.

Передо мной предстал огромный замок, но не типичный для реального мира, он был более гротескный и фантастический. Я шагал по мосту, ведущему к нему, переступая с камня на камень, приближался к нему. В воздухе чувствовался запах гнили, гари и пороха. Подойдя к воротам замка, я толкнул их и увидел ужасную картину, от которой меня начало воротить: вокруг меня была горящая квартиры Апаты, а сама ведьма лежала рядом со мной. Ее тело уже начинало полыхать, и, когда пламя окутало половину ее туловища, она начала стремительно ползти ко мне. Мне не хватит всего могущества языка, чтобы описать тот ужас, который на меня нахлынул. Мне хотелось попятиться, но я обнаружил, что меня удерживают каменные кисти.

Потеряв равновесие, я упал. Последнее, что уловил мой слух, было мое же имя, произнесенное до боли знакомым мужским голосом, владельца которого я определить не смог. Потом последовал звук выстрела, и я проснулся. Телефон показывал два часа ночи. Голова трещала, а с меня стекал холодный пот. Все, на что мне хватило сил, было выпить таблетку и лечь обратно спать, в надежде, что завтра я все-таки проснусь.

Явь

Я занес револьвер над его головой. Сердце бешено билось, но руки, на удивление, не тряслись. Я видел страх в его глазах, однако он выдавил ухмылку.

— Да у тебя кишка тонка! — сардонически произнес он. Я вспомнил строчки, которые читал в одной книге, было написано, мол, а что, если Достоевский в названии своего романа «Преступление и наказание» поставил слова не в антонимическом ряду, а в синонимическом? Может я бы и согласился с этим раньше, но сейчас я был настроен полностью наоборот.

— Сегодня Я — преступление, и Я — наказание, — завершением фразы стал выстрел. Пуля вылетела из револьвера, освещаемого лучами рассветного солнца, и лишила жизни эту жалкую пародию на меня. «Он это заслужил», — услышал я в своей голове и по телу разлилось приятное спокойствие. Гремевший на улице гром начал стихать и только сейчас я осознал, что произошло. Множество картинок встало в моей голове в нужном порядке, но почему я на это пошел? Как я докатился до того, что совершил уже второе убийство?