Читаем К звездам полностью

Деревья, лианы, побеги, листья — джунгли были полны жизни. Дорога здесь была двухсотметровой ширины, вдвое шире обычного, и все же они одолевали ее. Неуемная растительность сражалась за солнечный свет. За четыре года, прошедшие со времени последнего переезда, деревья протянули поперек Дороги свои длинные ветви. Многие из них повалились, загораживая проезд, некоторые погибли и стали опорой для молодых побегов лиан, а некоторые преуспели и разрослись еще пышнее. Там, где деревья не закрыли Дорогу, вьюны и лианы толщиной до метра и более, пересекали освещенное солнцем пространство.

Танки вступили в битву с деревьями: черные обугленные останки стволов лежали вдоль Дороги по обе ее стороны. Сначала плавильные пушки, чьи жерла исторгали языки пламени, сжигали преграду. Затем ножи бульдозеров расчищали неширокую тропу. Идущие следом танки расширяли ее. Сейчас поезда продвигались среди почерневших трупов деревьев, которые местами еще дымились. Это было неприятное зрелище.

— Ужасно, — сказала Элжбета. — Ужасно на это смотреть.

— Прозвучит неутешительно, — сказал Ян, — но это только начало. Худшее впереди. Конечно, здесь всегда было опасно, даже когда мы совершали обычный рейс в обычное время. А в этом году мы опаздываем. Очень сильно опаздываем.

— А это так важно? — спросила она.

— Не уверен. Но если будут перемены, то только к худшему. Если бы только сохранились старые записи! Я не могу найти ничего, что осталось бы от первых поселенцев. Все ленты начисто стерты. Есть, конечно, журналы рейсов, но они мало чем полезны — личные записи, технические замечания, расстояния от стоянки до стоянки. Никаких личных дневников.

Полагаю, когда каждые четыре года приходится сниматься с места, все, что кажется лишним, ненужным — выбрасывается. Поэтому у меня нет надежных фактов — только чувства. Меня утомляет эта весна.

— Я не знаю этого слова.

— Его нет в вашем языке. Нет и самого понятия. На более нормальных планетах существуют четыре времени года. Зима — холодное, лето — теплое. Промежуток между зимой и летом, когда все согревается, называется весной.

Элжбета покачала головой и улыбнулась.

— Это несколько непривычно.

— На этой планете тоже есть нечто похожее на это. На краю зоны сумерек существуют жизненные формы, приспособившиеся к более холодному окружению. Это их экологическая ниша, и они неплохо живут до возвращения теплого времени. Когда это случается, вся пробуждающаяся жизнь горячих зон возвращается и становится пищей для приспособленных к холоду форм. Там едят все и всех. Битва за жизнь — штука крайне свирепая.

— Но ты не можешь быть уверен…

— Конечно нет. Я буду рад, если ошибаюсь. Скрести пальцы и надейся, что удача нас не оставит.

Но этого не случилось. Первые случайные столкновения, маленькие, не играющие особой роли, выглядели достаточно невинно. Но Элжбету они вывели из равновесия.

— Животные… они не знают, что такое машины. И гибнут, перебегая Дорогу.

— Мы тут ничего не можем поделать. Не смотри, если тебе это неприятно.

— Я должна смотреть. Это входит в мои обязанности. Вот, взгляни: маленькие зеленые существа с оранжевыми полосами, их здесь, по-видимому, великое множество. Они выходят из джунглей.

Ян уже заметил их — сначала появились одиночки, затем группы, их становилось все больше и больше. Они напоминали земных лягушек, выросших величиной с котов. От движений по их телам, казалось, пробегала рябь. Они приближались резкими прыжками,

— Возможно, миграция, — предположил он. — Или кто-нибудь за ними гонится. Они неприятны, но не могут нам помешать.

Или могут? Произнося эти слова, Ян почувствовал внезапное беспокойство. Краешком разума. Что это было? Но любые сомнения служат предостережением. Он включил контроль скорости и отпустил педаль акселератора, затем взял микрофон:

— Главный — всем поездам. Снизить скорость до двадцати километров в час.

— Что случилось? — спросила Элжбета.

Дорогу было почти невидно — через нее, не обращая внимания на давящие их смертоносные колеса, двигались зеленые существа.

— Внимание! — закричал Ян в микрофон. — Всем водителям — остановиться, остановиться! Но не пользоваться тормозами. Снизьте скорость до нуля, следите за напряжением на стыках. Иначе вас растащит. Повторяю, замедлить ход без торможения, следить за напряжением на стыках. Радары пусть следят за идущим впереди поездом.

— Что происходит? Что случилось? — крикнул Эйно из двигательного отсека.

— Какие-то животные. Они буквально покрывают Дорогу, их тысячи, мы едем по ним, давим…

После того как машину в первый раз занесло, Ян сбавил еще скорость, отключил автоводитель и схватился за баранку.

— Словно едешь по льду… никакого сцепления с дорогой… Колеса скользят на трупах.

Машины то же начало заносить. На экранах мониторов Ян увидел, что весь поезд извивается, словно змея. Компьютер всеми силами старался удержать машины в линии.

— Отключить компьютер! — приказал Ян всем водителям, отключая свой. Движитель рванулся вперед, поезд на секунду перестал вилять. Он вновь снизил скорость, и продолжал медленно продвигаться по ковру из тел.

— Ян, посмотри вперед!