Читаем К Богодержавию… полностью

Лаодикийское лицемерие состоит в том, что в языки введено слово “Аллах” (“Алла”) вместо того, чтобы признать Коран арабской записью Откровения Бога Истинного и соответственно этому пользоваться словом “Бог” родного языка, а в жизни следовать по совести Богу и сказанному Им в Коране; либо в противном случае должно сказать прямо, что Мухаммад — не Посланник Бога Истинного, а самозванец и/или одержимый, через которого сатана дал имитацию Божьего Откровения, зафиксированную в Коране. Но чтобы отрицать Коран как запись Откровения необходимо показать в нём дьявольщину жизненным знамениям, которые Бог по истине дает всем верующим Ему по совести. Ссылки же на Библию, сложившуюся традицию и догмы церквей — не убедительны, когда речь заходит о существе иной религиозной традиции. Но невозможно неограниченно долго, без воздаяния Свыше за создание, поддержание и верность во многих поколениях этому лицемерно-неопределенному отношению к “Аллаху” и Корану уклонятся от принятия одного из этих двух мнений по вопросу об источнике, из которого пришла информация, оглашенная Мухаммадом и собранная арабами в Коран.

Поддержание этой неопределённости есть либо прямое отвергание Бога Истинного и Его Милости к живущим на Земле; либо уклонение от того, чтобы назвать имитатора дьявола-самозванца — дьяволом. Но в последнем случае “христианский” мир знаменует отсутствие христианской любви к мусульманам, живущим по Корану, и неумение утвердить Евангелие как истину. И библейская цивилизация в связи с этим предупреждается в Коране же о её неосновательности: «О люди писания! Вы ни на чем не держитесь, пока не установите прямо Торы и Евангелия и того, что неизвестно вам от вашего Господа.» — 5:72. Истинность этого предупреждения знаменуется катастрофичностью истории библейской цивилизации.

В любом из вариантов поддержание неопределенного отношения к “Аллаху” и Корану — отпадение от Бога Истинного по своему произволу и лицемерию, возможно, что бездумному. Оно наказуемо по прохождении личностями и обществами в их развитии некоего рубежа непростительности.

И особенно это касается России. Россия в ходе своего исторического развития всё более выражает въяве свойства одной из региональных цивилизаций на Земле, переставая даже выглядеть как государство, принадлежащее к какой-либо из прежде очевидных региональных цивилизаций планеты. Цивилизация — слово латиноязычное, . Россия — изначально , хотя долгие века большинству политиков она виделась в качестве ненормально большого, но всего лишь одного из многих государств библейской цивилизации.

По крайней мере, со времени взятия Казани при Иване Грозном, Россия не является прежде всего государством; тем более она не является православным государством, как это мнится многим православным “интеллигентам”, поскольку в границах её цивилизации живут и трудятся православные и мусульмане; а кроме них — иудеи и прочие инаковерующие, а также и неверующие потомки всех них. И распад СССР — государства — вовсе не распад многонациональной и многокультурной России-цивилизации, как это мнится многим. Это — этап и разрешение внутренних, неосознаваемых концептуальных неопределенностей в существе самоуправления России-цивилизации.

Другое дело, что если бы после XIX съезда КПСС живущие в СССР люди — все люди — думали, а не пустословили, то эти же неопределенности возможно было разрешить, минуя катастрофу государственности; как возможно было здравомыслящим и истинно верующим избежать и всех прошлых междуусобиц, какими полна история России по крайней мере последнего тысячелетия, если не с более ранних времен.