Читаем К Богодержавию… полностью

Запрет на “внутринациональное” ростовщичество в иудейской среде позволил управлять снятием в ней многих внутренних экономических антагонизмов за счет перераспределения в культово и культурно монолитной “общине” ростовщического дохода: это — внутренняя “благотворительность”. Ростовщический доход, превышающий уровень доходов во внешней социальной среде, позволяет не производить, а покупать в готовом виде продукцию и услуги во внешней среде по монопольно высоким ценам [20], которые делают недоступным многое в жизни тем, кто не принадлежит к ростовщичествующей общине. Некоторая её часть, освобожденная в ней от необходимости производить материальную продукцию и услуги, имеет свободное время для интеллектуальной деятельности вне сферы производства: в консультировании, в управлении, в науке, искусствах и т.п., а также в “высоких технологиях”. Излишек от ростовщических доходов и монопольно производимые услуги “интеллектуального” характера могут быть отданы задаром во внешнюю среду или проданы в неё по бросовым ценам, не подрывающим привычного уровня потребления иудейской “элиты” и устойчивости системы (например, через организацию типа “Фонд Сороса”): это — “благотворительность” во внешней среде. Замученный культом (каждую субботу — на “промывание” мозгов и программирование нравственности в синагогу) или без остатка отдающий себя любимому делу среднестатистический “Бен-Израэль” не задумывается о ростовщическом, но на законных основаниях, вспомоществовании своему благополучию, считает себя законопослушным (по умолчанию: непорочным и добродетельным человеком) и удивляется тому, откуда берется “антисемитизм”, являющийся внешней — по отношению к еврейству диаспоры — реакцией на организованное еще в древности ростовщическое угнетение общества. Эта реакция на организованный паразитизм, в историческом прошлом была преимущественно эмоциональной, лишенной альтернативной ростовщичеству концепции, поскольку из под Библии простому люду было не вырваться, и потому она встречала презрение вне ростовщичествующей общины со стороны прикормленных внешней “благотворительностью” толпы “интеллектуалов” в национальных обществах, которые никогда не задумывались в своем большинстве о такого рода целостности информационной системы Библейской культуры. И эта реакция на паразитизм простонародья в своих крайних — погромных — проявлениях вызывает и по сию пору ужас среди еврейства, именующего её «агрессивным антисемитизмом», вместо того, чтобы очистить еврейскую культуру от её паразитической составляющей.

“Некомплиментарный” (как это по-русски?) “этнос”, “химеру” теория пассионарности Л.Н.Гумилева унаследовала от К.Маркса, а в терминологии Л.Н.Гумилева: химерическая пассионарность еврейства — паразитическая страсть к деньгам. Но Марксово “объяснение” , которое свойственно, хотя бы отчасти, всем (“ваучеры” и акции МММ разошлись без насилия и в не-иудейской среде), , неотъемлемо несущей паразитизм в наиболее изощренном его виде: т.е. внук двух раввинов разорвал взаимно обусловленное единство биологического (обусловленного генетически) и социального (обусловленного культурой) в человеке.

Насколько он понимал, что творил, это — вопрос особый.

Будучи расовой мафией, еврейство — не нация. Наиболее полное по составу рассматриваемых признаков понимание термина “нация” раскрыто И.В.Сталиным [21]: «Нация есть исторически сложившаяся общность людей, возникшая на базе общности языка, территории, экономической жизни и психического склада, проявляющегося в общности культуры (…) только наличие всех признаков, взятых вместе, дает нам нацию.» — “Марксизм и национальный вопрос”. В наши дни к этому следует добавить, что нации — народы — отличаются один от другого и по статистике, описывающей множества генотипов их представителей (но индивидуальные личностные генотипические особенности людей не подтверждают и не отрицают ту или иную национальную принадлежность, поскольку народ — явление собирательное, множественное, а не индивидуальное личностное; кроме того, народ в информационном отношении — более чем популяция живых организмов).

Общность экономической жизни выражается в том, что нация, из поколения в поколение несет весь спектр профессий, необходимых для производства и распределения при достигнутом уровне развития общественного объединения труда в регионе её проживания.