Читаем Извечная песня полностью

Янка Купала

Извечная песня

В 12 картинах



I. Крестины


Деревенская бедная хата. Ночь. Все спят. В осиновом корыте, завернутое в холщовые пеленки, лежит дитя. Над ним появляются тени и поют.


Жизнь

Всесильной рукою твореньяДаю ему жизнь и стремленья,Все земли, леса, и моря,И душу даю ему я.В руках своих будет иметь он,Что водится только на свете;Всех сильных он будет сильней,Всех мудрых он будет мудрей.И реки, и долы, и горыВнимать ему будут покорно;Там высушит топи болот,Там сроет, там насыпь взметнет.Он вырубит пущи седые,Распашет поля молодые,Он выстроит богу чертог,Себе же — тюрьму и острог.Так будет он долгие годыЦарем, властелином природы.И царь этот будет весь векНазванье носить — человек.

Доля

А я ему песню по правуСпою про богатство и славу,О радости светлой спою,О солнце в счастливом краю.И, песню услышав такую,Не раз он вздохнет, затоскует,И, счастья не в силах поймать,Он будет меня проклинать.И станет гоняться за мноюОн мыслями, сердцем, душою.А я пропою, убегуТо ль в поле, то ль в лес, то ль в реку,И будет он жить и молиться,Своей незадачей хвалиться,Покамест не смолкнет навекВладыка земли — человек.

Беда

Вот тут моя сила и воля —Ему уж не вырваться боле.И летом и снежной зимойОн будет повсюду со мной.Напрасно меня будет гнать он,—Я буду с ним в поле и в хате.И так он сживется со мной,Что стану его я душой.Взвалю ему ношу большую,В лозовые лапти обую.И жить ему станет невмочь,И день ему будет как ночь.

Голод и холод (вместе)

Мы будем ходить за ним вместе,Бросать его в дрожь и в болезниИ душу и хату трясти,Извечные сказки плести.Пусть знает он — силен и молод, —Как страшен и холод и голод;И рухнет в могильный песокОт стужи, за черствый кусок.

Хор

Мы, кровь со слезами мешая,Крестины его совершаем.Пусть будет ни мал, ни велик,Пусть носит он имя: Мужик.


Дитя плачет. Тени разбегаются и исчезают.


II. На службе


Помещичье поле. Недалеко лес. День хмурый; моросит дождь. Пасется скотина; возле нее маленький пастушок. Одежда на нем рваная. Босой. В озябших руках он держит трубку из бересты. На дороге, идущей из леса, показывается женщина — мать пастушка.


Пастушок

Я у матери когда-то     Жил иль нет?Горе выгнало из хаты     В белый свет.Всяк толкает, всяк ругает —     Свой, не свой.Ой ты, служба — жизнь лихая!     Боже мой!Ой ты, доля, ой вы, слезы,     Тяжкий труд.Люди дали до морозов     Мне приют.Хлеб несут и смотрят строго,—     Знай, мол, честь;Не съедай, мол, слишком много…     Есть?.. Не есть?Волк завоет за горою     В тишине…Ой, ни ласки, ни покоя     Нету мне.

Мать (подходя)

Перейти на страницу:

Похожие книги

Монстры
Монстры

«Монстры» продолжают «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007). В этот том включены произведения Пригова, представляющие его оригинальный «теологический проект». Теология Пригова, в равной мере пародийно-комическая и серьезная, предполагает процесс обретения универсального равновесия путем упразднения различий между трансцендентным и повседневным, божественным и дьявольским, человеческим и звериным. Центральной категорией в этом проекте стала категория чудовищного, возникающая в результате совмещения метафизически противоположных состояний. Воплощенная в мотиве монстра, эта тема объединяет различные направления приговских художественно-философских экспериментов: от поэтических изысканий в области «новой антропологии» до «апофатической катафатики» (приговской версии негативного богословия), от размышлений о метафизике творчества до описания монстров истории и властной идеологии, от «Тараканомахии», квазиэпического описания домашней войны с тараканами, до самого крупного и самого сложного прозаического произведения Пригова – романа «Ренат и Дракон». Как и другие тома собрания, «Монстры» включают не только известные читателю, но не публиковавшиеся ранее произведения Пригова, сохранившиеся в домашнем архиве. Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия