Читаем Изувеченные тела полностью

Она кричит, кричит из-за всех сил. Она зовёт её, просит остановиться, вернуться, умоляет её не открывать эту дверь, но мама не слышит. Или не хочет слышать. Возможно, она не понимает, от чего её доченька так расстроена, решает узнать позже. А возможно и вправду не слышит. Открывает дверь.

– Мама! Нет! – Вскрикивает вновь Эмили, открывая глаза и тяжело дыша. Ещё минуту она приходит в себя, замечая, что продолжает сидеть на кровати, вытянув руку перед собой, будто бы пытаясь дотянуться до кого-то.

Сон больше не шёл, да и желания вновь оказываться в его объятиях не было. Мама редко появлялась в снах девушки, но каждый раз, когда она приходила, Эмили просыпалась часа в четыре утра, заваривая себе крепкий кофе и пытаясь отвлечь себя всевозможными делами. Каждый раз ей снились хорошие, приятные моменты, проведённые с матерью, но каждый раз она умирала. Не важно, была она дома, или около озера. Смерть всегда поджидала её где-то недалеко. Именно это заставляло сердце бешено биться и чуть ли не выпрыгивать из груди, как только девушка видела свою родную мамочку во сне. Иными словами, она не любила сны, предпочитая уставать до такой степени, чтобы не видеть совершенно ничего.

Наступил полдень и девушка, отошедшая от ночного визита, начала собираться, намереваясь отправиться на вокзал, когда внезапно ей пришло сообщение от Джейка. «Нашли третью жертву. Допросили. Ничего не помнит совершенно, подождём так же пару дней. Ребят к родителям отправят, больше никого из подозреваемых нет.»

Сообщение короткое, чёткое и понятное, но именно оно заставило сердце Эмили вновь затрепетать. Оставался лишь один вопрос, из которого тут же вытекло еще множество. Где фотографии? В предыдущие два раза он отправлял их миссис Клиффорд. Что заставило его поменять свой план? Возможно, он перестанет вести свою деятельность. Ответ не заставил себя ждать. «Фото были у неё в сумке. Конверт с запиской. «Покажите это ей.» Попробуют взять ДНК с бумаги, но не думаю, что что-то да выйдет. Этот гад играет с нами.» – значилось во втором сообщении.

Ей? Он говорит о Роуз Клиффорд? Но почему он не назвал имени? Он побоялся охраны? Не найдя ответы среди собственных мыслей, Эмили встряхнула головой, решив не думать об этом, а насладиться времяпрепровождением с братом, к которому, кстати говоря, давно надо было поехать.

«Он стал осторожнее, но при этом и испугался. Он может совершить ошибку, помни об этом.» – это стало последними словами брата, которые он сказал, обнимая Эмили на прощание. Он не дал подсказок, новых зацепок, но уверил её в том, что мерзавец, издевающийся над девушками, не будет долго наслаждаться свободой. – «Он отпускает их, считает, что всё идёт так, как он этого желает. Это тоже может его подвести. Но он не хладнокровный убийца, в нем осталось нечто человеческое, что не даёт ему убивать.»

Думая над этими словами, девушка вернулась в свою машину, выгоняя её с парковки и отправляясь обратно домой. Был уже вечер, когда она отъехала от гостиницы, в которой остановился брат, что возражал против того, чтобы поехать к сестрёнке, несмотря на все её уговоры. А завтра вновь на работу, и вновь надо будет взяться за эту историю с психом-фотографом.

Проходит ещё несколько дней, в которые Эмили, Джейк и другие работники пытаются отыскать психа, что измучил уже трёх девушек, нанося каждой из них всё более серьёзные увечья. Пересматривая фотографии по делу, Эмили вспоминала каждую из них. У Мэри Джонсон были синяки и глубокие порезы в нескольких частях тела, в остальном же раны были неглубокими, но несмотря на это занимали практически всё тело девушки. Ребекка Стоун попала к ним с теми же ранами и ссадинами, однако к ним уже прибавились ожоги от, как предполагается, обычной зажигалки. Линда Эванс – третья жертва – была найдена с теми же признаками, однако отличием же стало то, что именно у неё было явно видно, что использовали нисколько не зажигалку, а именно газовую горелку, хоть и включенную не на полную мощность. Последнюю жертву нашли уже вместе с конвертом с её фотографиями, но ни отпечатков, ни каких-либо других следов маньяк не оставил.

Спустя пару дней девушку опросили, поняв, что и она не помнит ничего от слова «совсем», опрос родителей также не дал никаких результатов. Однако кое-что детективам всё-таки удалось узнать, хоть эта новость и не стала хорошей для них.

Год назад в этом же городе была найдена девушка девятнадцати лет. Её тело всё было покрыто огромными синяками, что казалось, будто девушку кто-то жестоко избил. Сама же жертва происшествия не смогла вспомнить ничего из того, что с ней происходило, а узнав, что она с детства занималась борьбой, полиция решила, что девушка в состоянии алкогольного опьянения влезла в драку, из-за чего и отхватила. Дело быстро замяли, не придав совершенно никакой огласки.