Читаем Изнанка Истины полностью

Он не останавливался ни перед чем. Нескольких самых неугодных аристократов в поразительно нужный момент подстерегли несчастья, лишившие их жизни или выбившие из игры. Однако причастность Ллиреадана к этим случаям по сей день оставалась без доказательств. И всё же Эвангерреил не оставлял надежды их отыскать. Прежде всего, во имя памяти матери и её брата с женой, в чьих смертях — он не сомневался — винить следовало именно короля…

На самом деле недовольных властью Ллиреадана хватало. Однако всё, что они сейчас могли — это тайно сплотиться вокруг мальчишки-Сирреахадо и пожилого чародея-учителя, прослывшего тронувшимся умом. Им многое удалось понять, но без весомых свидетельств это были лишь разрозненные детали, голословные умозаключения, не способные реально повлиять на что-либо.

Требовался камень, который стронул бы лавину, способную стать для короля роковой. И «воскрешение» Шаэриэнн наряду с её откровениями, проливающими свет на истинную роль её бывшего жениха в событиях периода начала войны, наверняка могло сыграть такую роль.

Неудивительно, что рыжий Владыка повёл себя, как политик. Узнав, зачем мы прибыли, формально он не отказал нам в помощи. Малый Совет Созвездий, на который Эвангерреил обещал провести меня и Тиру в качестве посланцев Императора, сопровождающих книгу, должен был собраться через трое суток. Это время мы оставались в Цветущих Садах под его присмотром и опекой. И все эти дни, общаясь с сестрой, Эвангерреил уламывал её остаться и выступить против короля заодно с ним.

Нам не ограничивали передвижение по территории дворца и парка. Луна'меарис, Стражница эльфийкиного кузена, лишь провела какие-то манипуляции, маскируя Шаэ и А'Кариэлла от узнавания магическим путём. Помимо этого оба они не покидали покоев без плащей и полумасок, скрывающих лица. Здесь, в эльфийской Долине, перенасыщенной аристократией, с усердием плетущей вокруг себя паутину загадочности и тайны, ношение таковых не было чем-то выдающимся и необычным.

Насколько я знал, Шаэ так и не дала Эвангерреилу согласия, хотя откровенно колебалась. Борьба между страстным желанием и добровольно взваленным на себя долгом разрывала её душу на части. Видят боги, я понял бы, если бы она согласилась, уступив просьбам брата, так созвучным с тем, чего она действительно жаждала все эти годы…  Борьба с собой терзала и выматывала её. Я понимал, что не имею права вмешаться — и, стиснув зубы, лишь считал мгновения до того, как соберётся Совет и Шаэриэнн так или иначе сделает свой выбор.

Но Тира, наблюдая за эльфийкой, откровенно нервничала и явно не собиралась оставаться в стороне…  Я пытался уговорить её не лезть не в своё дело — но, разумеется, безуспешно. В чём и убедился, возвращаясь с вечерней тренировки с мечом из глухого уголка парка-леса и слегка заплутав в хитросплетении зелёных стен из кустарника и плюща.

Негромкие голоса донеслись до моих ушей в тот миг, когда я окончательно убедился, что потерял направление, и я двинулся на их звук, с каждым шагом уверяясь, что слышу именно то, чего рассчитывал не услышать…

— … Я понимаю — твоё право на месть священно. Но ты подумала, что случится, если мы сейчас останемся без тебя?…  — Тира говорила возбуждённо, напористо, резко бросая слова. — Ты — самый сильный маг среди нас. Антонио, как ни крути, больше теоретик. Я уступаю вам обоим в знаниях и силе…  К тому же клинки из нодабарра куются и под твою руку тоже. Кем мы сможем тебя заменить?

— Тира, я уже сказала, — голос Шаэ звучал настолько бесцветно, что я поразился, в первый миг не поверив, что это она отвечает принцессе. — Я не оставлю вас…  Но Van знает о том, что живой я могу не вернуться…  Я тоже знаю об этом.

— Так дай показания его дознавателю!

— Уже дала…  Но этого недостаточно. Llireadan слишком прочно держится на престоле. Даже моё непосредственное участие в процессе — ещё не гарантия того, что Совет сможет осудить короля…  А уж сила «слепого» свидетельства и вовсе смешна против всех его уловок и связей…

— Это сказал тебе кузен? — вскинулась Тира.

— Ashratt!…  Я и сама не слепа! — отрубила Шаэриэнн с внезапно проснувшейся яростью. — Все эти годы убийца собственного брата…  моих родителей…  Стражей…  спокойно носит Туманный Венец, щедро политый кровью Rocca, и до сих пор никто не сумел заставить эту тварь ответить за сотворённые им преступления!

— Прости…  — принцесса тут же сдала назад, сообразив, что перегнула палку. Но отступать даже не думала: — Но если мы не справимся с Часами, беда настигнет всех! Всех, а не только отдельно взятый народ, правитель которого мерзавец, душегуб и предатель! Это так, да только кто про то вспомнит, когда весь Мир захлебнётся в крови?!

— Тира!!! Хватит! — хвала Богам, стена треклятого зелёного лабиринта, наконец, оборвалась.

Я сделал шаг к Рожерии и Шаэ, застывшим у кованой изгороди маленького пруда, заставив их обеих вздрогнуть от неожиданности.

— Хватит, — повторил я, беря себя в руки. — Это не твоё решение! И принимать его за Шаэриэнн ты не имеешь никакого права!…