Читаем Изнанка Истины полностью

«Картинка» перед глазами дёрнулась, но через мгновение прояснилась — обычные чувства, разумеется, здесь действовали, но во имя Ночи, как же было неуютно, почти больно без того, что так привыкла считать частичкой себя!

В конце концов, подавляющее большинство населения Мира — не маги, и они всю жизнь обречены воспринимать действительность лишь с помощью пяти основных чувств…  О, несчастные — от души пожалела их я, приближаясь к камню.

Проклятый Лес был неприятен мне, но не опасен. Он являлся всего лишь следствием уже свершившейся волшбы, очень сильной и очень грубой — «магический ожог природы», как метко выразился когда-то мой Маг-Наставник…  А вот то, что могло вызвать такой «ожог», действительно очень меня интересовало. Между магией, следствием которой стал Проклятый Лес, и появлением в этих местах непонятной кровожадной твари определённо, была взаимосвязь. Мне предстояло выяснить, какая…

Я медленно обошла валун, внимательно изучая его со всех сторон. Высотой мне по пояс, со скошенной вбок плоской верхушкой — он напоминал гигантскую заклёпку, по которой неудачно грохнул подобных же размеров молоток…  Колдовали явно отсюда.

Прямо с камня? Пожалуй, нет. Крен верхушки был довольно крутой, да и влезать наверх было очень неудобно. Скорее всего, камень использовали как алтарь. Можно было даже догадаться, где стоял в тот момент неведомый маг — прямо у нижнего края плиты, с комфортом расположив перед собой всё необходимое…

С помощью оставшейся «в живых» рукавицы я аккуратно, буквально по пяди, принялась очищать от снега каменную поверхность — непременно должны были остаться какие-нибудь следы.

Моё усердие было вознаграждено: импровизированный алтарь во многих местах оказался покрыт бурыми пятнами, очень напоминающими засохшую кровь. Я собралась соскрести немного ножом, чтобы позже выяснить всё, что она сможет мне поведать — ведь любая волшба в пределах Проклятого Леса была невозможной. Но едва потянулась к чехлу на поясе, как вдруг по уже расчищенной части плиты с тихим звоном к моим ногам покатился тёмный остренький лучик…

Я подхватила его на лету, не давая упасть — и тут же, приглушённо вскрикнув, выронила в сугроб.

Руку словно обожгло пламенем, до безумия мне знакомым. Но как?! Ведь это не агмарилл…  Я побыстрее натянула рукавицу и, вытащив осколок, поднесла к глазам.

Продолговатый кусочек чёрного, как сама Ночь, камня во тьме мало чем отличался от обычного уголька. Однако стоило лишь молодому, только-только родившемуся месяцу, «зацепить» его слабым лучиком света — и маслянистый, глянцевый яркий блеск тут же выдал его секрет.

Варфариан…  «Лунное зеркало». Ценный, но довольно распространённый минерал, особенно любимый магами моего народа, преимущественная сфера применения — некромантия и магия крови. Мне самой не раз приходилось иметь дело с варфарианом, так почему я обожглась?!

Ответ лежал на поверхности, и он же обескураживал. Среди магических свойств «Лунного зеркала» побочным действием была способность перенимать на довольно продолжительное время характерные черты другой составляющей магического ритуала, в котором оно было задействовано. Иногда этим пользовались специально, иногда такое происходило само по себе, искажая действие исходного заклятья. Как было здесь, я не могла сказать, но дорого дала бы за возможность «считать» следы того, что в этом месте сотворили. Ведь подобное было невозможно даже в теории…

Меня «обжёг» не варфариан — это был агмарилл, который тоже использовал неизвестный чародей.

Агмарилл — и эльфийская магия?! Или не эльфийская? Что же тогда? Я не могла сказать, но внезапно почувствовала себя очень неуютно…

Осколок варфариана я замотала в тряпицу и сунула в чехол к ножу — разберусь позже. Поспешила дочистить поверхность валуна — но, увы, ничего интересного больше не нашла. И напоследок решила оглядеть саму поляну.

… Мёртвая сосенка ничем не отличалась от других таких же рядом с нею, и я, скорее всего, ничего бы не заметила. Но, споткнувшись о невидимый из-под снега корень и отвесив деревцу «земной поклон», вдруг увидела что-то, таящееся под наполовину вырванным из земли стволом.

Тяжёлый продолговатый свёрток по количеству обмоток напоминал «капусту». Я стянула холстину, под которой был кусок плотной кожи, развернула её, вытягивая нечто, замотанное в тонкую белую ткань. И, наконец, избавившись от ткани, извлекла книгу, одного взгляда на которую было достаточно, чтобы понять — я держу в руках настоящее сокровище…

И дело было не в дыхании столетий, что я ощутила, едва дотронувшись до массивного тома. И не в драгоценных камнях, подлинность которых была несомненна, в изобилии украшавших чёрный кожаный переплёт. И не в витиеватом магическом орнаменте, червонным золотом змеящемся по контуру обложки — он обеспечивал сохранность содержания книги на века, и ответил на моё прикосновение нежным радужным переливом…