Достоинства ограничивались телом – лицо у девицы было совершенно птичье, под стать интеллекту. А в клубе, надо заметить, знали и жену и некоторое количество его девушек – и ко всем относились очень хорошо. Поэтому хозяйка окликнула гостя не без укоризны в голосе.

N., очевидно, и без того сознавал свою вину, потому что, прижав руки к груди, оправдался так:

– Лариса! Не со вкусом плохо – времени нет!

Пробел в образовании

Дело было летом, в конце восьмидесятых. Выйдя из гостиницы в Дубултах, я побрел вдоль по Рижскому взморью и через несколько метров наткнулся на стройное мускулистое тело Бори Н., моего приятеля-журналиста.

Боря, жмурясь, лежал на солнышке, как кот в расцвете возможностей. Усиливая сходство, вокруг него полулежали на песке три молодые женщины. Все они мурлыкали вполне интимно.

– Привет, Боря! – сказал я.

– А, привет… – разлепив глаза, но не подняв головы, ответствовал коллега.

Стайка девушек, вспугнутая мною, полетела к морю.

– Давно приехал? – спросил Боря.

– Да только что.

– Здесь живешь? – мотнув дремотной головой в сторону Дома писателей.

– Ага, – говорю.

– Отлично. Я в тридцать третьем номере, заходи вечерком, девчата будут…

– Да я с женой, – виновато ответил я.

Услышав такое, мой приятель-журналист разлепил глаза и даже приподнялся на локтях.

– Вить! Кто ж в Юрмалу – с женой?..

Вместе по жизни

Моя знакомая, милая молодая женщина, вышла замуж – и рассказывает о своем избраннике. Он и умный, и хороший, но самое замечательное – они все-все понимают одинаково!

– Что, например? – поинтересовался я, заранее завидуя такому совпадению жизненных идеалов.

– Он тоже считает, что мне надо покупать красивые и дорогие вещи!

О спорт!..

Обожаю спортивных комментаторов. Великие – иной раз договаривались до великих перлов. Котэ Махарадзе, с мягким обаятельным акцентом, так описал происходящее на поле:

– Гаврилов перекинул мяч через шотландского защитника и овладел им…

Русский язык

…не только велик, свободен и могуч, но и фантастически легок на поворотах. А уж когда существительное становится причастием, жди удивительных вещей!

Жена недавно мечтательно повторила вслед за футбольным комментатором: «Молодой, талантливый, нападающий…»

В мире животных

Про Вадима Жука я уже рассказывал в этой книжке. А еще среди моих друзей есть замечательный фотограф Юрий Лев и великолепная поэтесса Рената Муха. Если вы еще не читали ее дивных маленьких стихов, то вот вам, для знакомства:

Впрочем, история не о стихах, а о том, как мы приехали навестить нашу дочь – семиклассницу, отдыхавшую под Москвой в компании с подружкой.

Подружка сидела на диване с книжкой, а мы делились со своей Валентиной новостями и приветами:

– Тебе передавал привет Жук… – говорила моя жена. – Скоро приедет Лев… У Мухи наконец вышла книжка…

Дочка радостно подпрыгивала, а подружка начала тихонько забиваться в угол, глядя на нас затравленными глазами: она вдруг поняла, что находится одна, без папы и мамы, в компании сумасшедших, которым передают привет жуки; среди людей, к которым собираются приехать львы; в мире, где мухи пишут книжки…

Занимательная лингвистика

Интересная штука – эмоциональная память!

Маленький пансион в Италии. Ливень застал меня врасплох – бегу забирать купальники и полотенца, сохнущие на лежаках. Немецкая пара, мимо которой бегу обратно, дружелюбно подбадривает:

– Шнель, шнель!

И я вздрагиваю в ужасе, ибо мое знание немецкого пожизненно ограничено фильмами про войну: шнель, хальт, цурюк, хенде хох…

То ли дело итальянский! Как всякий человек, учившийся музыке, в Италии я не пропаду. Вот автобусная остановка, а на ней написано: фермата… Ну, разумеется!

Уже упомянутая в этой книге экскурсовод Лена рассказывала мне на этот счет трогательную историю. В древнем городе, у входа в какой-то музей, столпилось несколько экскурсионных групп. Экскурсоводы на английском, французском и испанском клянут нерасторопность местной администрации, а в сторонке стоит их печальный коллега-итальянец, которому очень хочется общаться, а языка для этого нет.

Итальянец, лишенный возможности общаться, – это трагическое зрелище. Лена видит, как он страдает, но ничем помочь не может. И вдруг вспоминает свое музыкальное детство и говорит ему:

– Molto lentomomento…

«Очень медленно». Так обозначался темп исполнения…

– O, molto lentomomento! – кричит благодарный итальянец, – molto lentomomento!

Уточнение

Лечу из Азербайджана в Россию. В хвосте у туалета курит южный гражданин, меланхолически стряхивает пепел на пол…

Я ему говорю:

– Мужик, не надо тут курить.

– Почему? – искренне удивился он.

– Потому что, – отвечаю, – неделю назад вот так вот покурил один пассажир, и самолет сгорел.

Гражданин напрягся, спрятал сигарету в кулаке и уточнил:

– Баку – Москва?

Объявление

…безо всяких кавычек. А просто: «Продаются крылья для старого москвича».

Свой человек