Читаем Избранное. Том 1 полностью

Василия Макаровича Шукшина нет с нами уже 35 лет, в этом году в июле ему исполнилось бы 80 лет. Во многих своих произведениях: рассказах, повестях, романах, публицистике, кинематографических работах, он предсказывал наступление эпохи, в которой будут происходить обесценение и дискредитирование ценностей, накопленных предшествующими поколениями. Предсказывал атмосферу неуверенности и катастрофичности людей в своих морально – этических, социально – политических оценках, когда злодейство, духовное, нравственное распутство будет подаваться через средства массовой информации как норма. Душа Шукшина не бывала нечувствительной к происходящим событиям в стране, она снедаемая беспокойным талантом обращена к читателям, к тем, в ком наличествует неодолимая тяга понять душевные невзгоды людей, понять собственные ощущения мучительного существования. В своих литературных и кинематографических произведениях он не только отражал действительность, но и облегчал некоторые души, больные тем же недугом, чем страдал сам, т. к. все события в стране пропускал через свое сердце, обманутое ожиданиями счастливой жизни. В своих рассказах Шукшин обнаруживает тенденцию (во второй половине прошедшего столетия), что культурный слой съеживается, деформируется и невидимая рука возникающих утилитарных отношения между людьми, разрушает нравственные основы бытия. Становление, формирование человека Шукшин раскрывает как противоречивый нередко болезненный процесс, поражаемый несоответствием духовных величин и запрет субъективных запросов и требований. Болезненное осознание несоответствия порывами души (рассказы «Степка», «Залетный», «Алёша Бесконвойный») и правовыми установлениями в обществе. Реальные герои писателя попадают в самые невероятные ситуации, в немыслимые положения, его комические образы – не фантазия «Чудик», «Микроскоп», «Срезал», «Хмырь», а реальность. Каждый персонаж романа, повести, рассказа несет в себе черты, характерные своему времени. Так в рассказах «Танцующий Шива», «Психопат», «Вечно недовольный Яковлев», «Петька Краснов рассказывает» Шукшин отразил самонадеянность, экзальтированность, нелепость героев в своей эмоциональной взвинченности, вызывающий смех своей неестественностью и полным несоответствием жизненной правде. И в то же время даже в этих нелепых поступках своих героев Шукшин точен в описании их характера, трезвый взгляд на жизнь и природу человека, его противоречивость в помыслах и линии поведения, достоверность в изображении страстей и душевных движений. Режиссер, писатель, актер исследует человека с психологической, нравственной точек зрения, когда персонаж попадает в экстремальную ситуацию невозможности реализации своих потребностей, установок, ценностей. Переживания своих героев Шукшин рассматривает как отблеск созерцания действительности и, соответственно, как особую форму деятельности направленную на восстановление душевного равновесия, утраченной осмысленности существования. В рассказе «Версия» Шукшин описал Саньку Журавлева как вруна, который по его словам, провел славно время в городе у богатой дамы – директора ресторана. Ему не поверили мужики. Вспоминается Старец Зосима из «Братьев Карамазовых» Достоевского, который на вопрос как наследовать жизнь вечную, отвечает: «Главное себе не лгите. Лгущий самому себе и собственную ложь свою слушающий до того доходит, что уж никакой правды, ни в себе, ни кругом не различает, а стало быть входит в неуважение и к себе, и к другим. Не уважая же никого, перестает любить, а чтобы, не имея любви занять себя и развлечь предается страстям, грубым сладостям и доходит до скотства в пороках своих, а все от беспрерывной лжи и людям и себе самому».

Перейти на страницу:

Похожие книги

1991: измена Родине. Кремль против СССР
1991: измена Родине. Кремль против СССР

«Кто не сожалеет о распаде Советского Союза, у того нет сердца» – слова президента Путина не относятся к героям этой книги, у которых душа болела за Родину и которым за Державу до сих пор обидно. Председатели Совмина и Верховного Совета СССР, министр обороны и высшие генералы КГБ, работники ЦК КПСС, академики, народные артисты – в этом издании собраны свидетельские показания элиты Советского Союза и главных участников «Великой Геополитической Катастрофы» 1991 года, которые предельно откровенно, исповедуясь не перед журналистским диктофоном, а перед собственной совестью, отвечают на главные вопросы нашей истории: Какую роль в развале СССР сыграл КГБ и почему чекисты фактически самоустранились от охраны госбезопасности? Был ли «августовский путч» ГКЧП отчаянной попыткой политиков-государственников спасти Державу – или продуманной провокацией с целью окончательной дискредитации Советской власти? «Надорвался» ли СССР под бременем военных расходов и кто вбил последний гвоздь в гроб социалистической экономики? Наконец, считать ли Горбачева предателем – или просто бездарным, слабым человеком, пустившим под откос великую страну из-за отсутствия политической воли? И прав ли был покойный Виктор Илюхин (интервью которого также включено в эту книгу), возбудивший против Горбачева уголовное дело за измену Родине?

Лев Сирин

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное / Романы про измену
Свой — чужой
Свой — чужой

Сотрудника уголовного розыска Валерия Штукина внедряют в структуру бывшего криминального авторитета, а ныне крупного бизнесмена Юнгерова. Тот, в свою очередь, направляет на работу в милицию Егора Якушева, парня, которого воспитал, как сына. С этого момента судьбы двух молодых людей начинают стягиваться в тугой узел, развязать который практически невозможно…Для Штукина юнгеровская система постепенно становится более своей, чем родная милицейская…Егор Якушев успешно служит в уголовном розыске.Однако между молодыми людьми вспыхивает конфликт…* * *«Со времени написания романа "Свой — Чужой" минуло полтора десятка лет. За эти годы изменилось очень многое — и в стране, и в мире, и в нас самих. Тем не менее этот роман нельзя назвать устаревшим. Конечно, само Время, в котором разворачиваются события, уже можно отнести к ушедшей натуре, но не оно было первой производной творческого замысла. Эти романы прежде всего о людях, о человеческих взаимоотношениях и нравственном выборе."Свой — Чужой" — это история про то, как заканчивается история "Бандитского Петербурга". Это время умирания недолгой (и слава Богу!) эпохи, когда правили бал главари ОПГ и те сотрудники милиции, которые мало чем от этих главарей отличались. Это история о столкновении двух идеологий, о том, как трудно порой отличить "своих" от "чужих", о том, что в нашей национальной ментальности свой или чужой подчас важнее, чем правда-неправда.А еще "Свой — Чужой" — это печальный роман о невероятном, "арктическом" одиночестве».Андрей Константинов

Евгений Александрович Вышенков , Андрей Константинов , Александр Андреевич Проханов

Криминальный детектив / Публицистика