Читаем Избранное. Том 1 полностью

Жизнь среди простых людей обострила его духовное зрение, углубила его художническое восприятие. Зот Корнилович, в своих произведениях, избегает стандарты, банальные общие места, современные словечки, почерпнутые из западной литературы. Он часто обращается к великому словарю русского языка Вл. Даля, который писал о народном языке: «Не должно писать таким языком, какой мы себе сочинили, распахнув ворота настежь на Запад надев фрак и заговорив на все лады, кроме своего... Если же мы в чаду обаяния сами отсечем себе этот источник, то нас постигнет засуха». В повести «Голгофа» автор не изменил себе, язык его оригинален и изобилует словами, которыми пользуются миллионы простых людей. Оригинальность есть только там, где есть независимость. Когда человек перестает быть целью и становится средством, он теряет индивидуальность– единственное, что вызывает интерес у читателя. Для Тоболкина литература: труд, жизнь, долг, вдохновение. Он постоянно учится у людей, у природы. Вот его писательская исповедь, гимн природе, которая подпитывает его талант. «Пусть за меня журчит ручей. Пусть соловушка поет, звенят звезды, шелестят листья. Я буду лишь внимать им и записывать их великие мысли и звуки. Их гимн волшебен. Гимн, который создан лучшим на свете композитором». Понятно, что «лучший композитор» – это природа. Читаешь повесть и проникаешься осознанием постоянной тревоги автора; как оценят его очередное произведение. Он словно говорит: не отступайте от меня ни на шаг, пройдите вместе со мной все повороты моей жизни, изгибы, закоулки до конца. Довертесь изображаемому мной пути. Наконец, подарите мне то, что я даровал предмету моих размышлений, моему замыслу, стилю, всему моему произведению: терпеливую надежду и неослабное внимание. Не могу не остановится на персонифицированном диалоге персонажей повести.

Диалоги составляют органический сплав прозы, поэзии и публицистики. Видимо, в такое время мы живем, что без публицистики, направленной на размышления о судьбе России нельзя выразить свое беспокойство. Друзья писателя имеют прямое отношение к искусству. Все они обращены к свету, связаны духовно, освещенные одним и тем же многократно преломленным лучом. Свет соединяет творцов: литератора, скульптора, артиста, которые как три соответствующих хора созвучны друг другу и звучат почти совершенно одинаково. Их дружба соразмерна их строю души, составляющая органическую гармонию единого целого. Сравниваешь писателя Тоболкина с другими авторами и думаешь: ремесленники крышу дома держат на опорах, ограничиваясь столбом, Зот Корнилович воздвигает колонну, притом еще пристраивает фронтон. Стихи, перемежающие прозу и публицистику незамысловаты, но они исходят из души, а ум словно и непричастен. Например:

Так поэзия неподвластна мысли, это небесный дар.

Ум открывает душе различные предметы, готовит почву для поэзии. Эмоциональное восприятие в данном случае природы – причина поэзии, знания – повод к ней.

Припоминается одна, из великого множества, античных Венер, в которой соразмерны все части тела. Венера обнажена и собирается укрыться плащом. Этот порыв прекрасен, т. к. высвечивает стыдливость и благодаря этой второстепенной детали нагота навевает мысли о целомудрии. Вот такая соразмерность чувствуется в соотношении прозы, публицистики и поэзии в повести «Голгофа» Зота Тоболкина. В повести даже трагическое возникает тогда, когда земное и конечное уничтожается в божественном, светлом: трагедия растворяется в радости бытия. Финал повести страшен: один из главных персонажей Клим Нилин скульптор застрелен в своей мастерской. Такое либералы-демократы построили бандитское, криминогенное государство, когда властные структуры не способны оградить своих граждан от бандитов, но иногда потворствуют им. Умирающий скульптор успевает произнести своим дорогим друзьям Мирошину и Ольге «Горько!». Писатель чувство скорби соединяет с чувством радости, блаженства, как продолжение жизни. Чувство блаженства смешанное с печалью – это состояние, превосходящее предел человеческих ощущений. В данном эпизоде радость и трагедия идут рядом. Прочитав очередное произведение прекрасного известного писателя России, я подумал о том, что Зот Тоболкин несмотря на свой почтенный возраст находится на взлете своего большого таланта. И мне хочется надеяться, как одному из читателей, что лучшее произведение Зота Тоболкина еще впереди. Как заметил в свое время, кажется поэт К. Д. Бальмонт: «День только к вечеру хорош, жизнь тем ясней, чем ближе к смерти».