Читаем Избранное (сборник) полностью

Сергей и Александр, проходя мимо трибун, подняли руки вверх и приветствовали зрителей. Весь стадион произносил их имена. Болельщики вскакивали с мест и, размахивая кепками, желали им удачи. Вместе с Сергеем и Александром в одном ряду шел их главный противник, французский чемпион – бегун Анри Думлер. Он шел с огромным букетом цветов, который ему преподнес Александр. Публика приветствовала гостя. Зрители с уважением смотрели на его складную, немного сухую фигуру и спорили о предстоящей борьбе на дорожке. Участники соревнования обошли вокруг всего стадиона и вернулись к месту старта, где около столиков хлопотали судьи. Секундометристы проверяли секундомеры. Сергей, желая немного размять свои мышцы, обежал кругом площадку для прыжков. Александр слушал своего тренера, в десятый раз повторявшего ему расчет всей дистанции. Думлер, улыбаясь, говорил со своей женой, протягивая ей подаренный букет цветов. Остальные спортсмены ходили и разговаривали между собой. На стадионе пахло цветущей липой. Рядом была большая липовая роща. По ее аллеям бегали мальчишки. Им не удалось пробраться на стадион, где происходили международные легкоатлетические соревнования. И они, бегая по дорожкам сада в трусах, подражали спортсменам, которые в это время нервничали на старте.

Петр и Ольга сидели на южной стороне стадиона, на трибунах у самой дорожки. Они запоздали и только что пробрались к своим местам. Петр, защищаясь рукой от солнца, вглядывался в кучку бегунов на старте. Он искал Сергея и Александра. Ольга держала в руках программу соревнований, но взгляд ее был направлен на одинокий кустик травки у беговой дорожки. Она о чем-то задумалась. Ее широкие, густые брови были сурово сдвинуты, и между ними легла тонкая, сердитая складка. Петр видел эту грозную примету: не избежать, видно, и сегодня крупного разговора. А может быть, это и к лучшему – оборвется, наконец, истончившаяся ниточка между их сердцами. Они что-то перестали понимать друг друга, начали отчуждаться. Неужели это уже их финиш? Нет, нет, это еще далеко не конец! У них впереди еще большая дистанция, еще много кругов… Только не надо ничего обострять, не надо никаких разговоров. И, чтобы отвлечь Ольгу от ее мыслей, Петр говорит громко:

– А вот и они.

– Что? – отозвалась Ольга.

– Сергей и Александр!

– Уже бегут?

– Нет еще.

– А Тимофея ты не видишь?

– Нет, он где-нибудь на трибунах. Нам с ним достались разные места, – ответил Петр.

На северной стороне стадиона сидел Тимофей. Рядом с ним находился и Дмитрий. Они обнимали друг друга за плечи и, откидываясь назад, хохотали над сидевшими внизу ребятами, в которых незаметно кидали свернутые из газетной бумаги шарики.

Бумажные ядра попадали в спины и головы. Ребята оглядывались, но никого не могли уличить, потому что на верхних трибунах смеялась вся публика.

– А ну их! – сказал Тимофей. – Я рад, что ты опять со мной.

– И я тоже. А как остальная наша братва?

– Петр в Москве. В прошлом году во время отпуска мы хорошо с ним полазили по Кавказу. Николай – в санитарной авиации, комсомол послал. Но сейчас он, кажется, в Коктебеле на всесоюзных планерных соревнованиях. А я теперь уже своих учеников имею – летчиков. И тоже учусь дальше: летать на самолетах последних конструкций.

– А вот меня это не тянет, – сказал Дмитрий.

– Известное дело – боишься поцарапаться!

– Может быть. Ну а Женя?

– Родила сына.

– Ты пропал, это ведь свяжет.

– Где это ты набрался таких взглядов? Уж не в Норвегии ли, когда ездил на соревнования?

– Ты обиделся?

– Ну вот еще. Я просто говорю то, что мне в тебе не нравится.

– Ну, а скрипка как?

– Бросил! Совсем нет времени. А Женя рада, говорит: «Кончились мои мучения». А ты как?

– Был на практике. Потом на соревнования ездил: установил два рекорда. Теперь опять за учебу…

– Точка! Посторонние разговоры воспрещаются, – сказал вдруг Тимофей, взглянув в сторону старта.

– Да, да, – согласился Дмитрий. – Стартер уже поднял свой пистолетище!