Читаем Избранное полностью

Нет, это не являлось на сей раз Божественным промыслом, думаю. Просто «робяты-демократы» оказались заложниками собственных провозглашённых принципов гласности. Коммунисты-то были похитрее. Когда они укрепляли свою власть, не больно-то позволяли «выливать ушаты грязи» (а её тогда, конечно же, хватало) на себя посредством свободы печати. Вспомним письмо В. И. Ленина редактору пермской газеты Иванову на этот счёт. Ильич прекрасно понимал: разоблачительная гласность хороша для разрушения чего бы то ни было, а для созидания сей инструмент – нож в горло. И в дальнейшем большевики не спешили предать огласке изъяны свои. О них, кому надо, знали, выводы делали. Суровые выводы.

До предательского сговора трёх высоколобых суверенов в Беловежье, мне пришлось поработать в информационном бюллетене Комитета народного контроля СССР. Мы публиковали там такие материалы, какие не снились и самым смелым и независимым изданиям, как-то: «Комсомолка» или «Литературка». Но бюллетень печатался под грифом ДСП (для служебного пользования), он для широкого круга читателей был не доступен, у начальства же хранился в сейфах. Можете меня упрекать в какой угодно ортодоксальности, в каком угодно мракобесии – я уверен: то была правильная позиция. Богу – богово, Кесарю – кесарево. Нельзя травмировать негативом психику обычных людей, занятых делом, производящих материальные ценности или идущих в бой. Поступать иначе – всё равно, что представить Всесоюзное радио в годы войны не Левитану, а Геббельсу.

Словом, конфуз с перепечаткой нашего материала в «Советской России» высшее руководство Администрации (объяснение, правда, написать мне пришлось) проглотило. А директор «Юрлита» Иван Афанасьевич Бунин, до этого выйдя из себя, советовавший нам всем составом идти на работу в газету «Завтра», был вынужден на очередной издательской планёрке с улыбкой заявить: «Ну, уж если «Савраска» признала «ПК» олицетворением истинной свободы слова, то нам стоит только порадоваться, что проявилась эта свобода в юрлитовском издании». У собравшихся от услышанного рты, наверное, до сей поры остаются открытыми.

Здесь уместно заметить: создавался «Президентский контроль» не очень продуманно, что вообще-то вполне отвечает ситуации того времени, когда многое делалось в спешке. Являясь прямым исполнителем воли президентского контрольного управления, журнал наш, тем не менее, не значился его структурным подразделением (в отличие от некогда подобного себе бюллетеня КНК СССР – там сотрудники приписывались к орготделу Комитета) и подчинялся, нонсенс какой-то, технической структуре – издательству. Вы можете себе представить, чтобы газета «Правда» в советский период была подотчётна не агитпропу Центрального Комитета партии, а тому, кто её печатает, – издательству? Трудно вообразить такую пирамиду, с ног на голову перевёрнутую. Но у демократов подобное (переворачивать всё с ног на голову) – родовая, видимо, черта, отчего страдают они ой как сильно, но признаться в том, как хохлы упёртые, ни за что не хотят.

Понятно, этим пользуются. Признаюсь, и мы попользовались. Чувствуя на первых порах, что нами никто толком заниматься не хочет – ни «Юрлит», ни контрольное управление, я (простите за это яканье, но, ведя разговор от первого лица, трудно избежать сего местоимения, разве что, подобно казнённому большевиками царю, начать мне писать: Мы, Николай II…) сформировал коллектив по собственному усмотрению. Отряд бойцов подобрался будь здоров. Сейчас такую «братию» на пушечный выстрел не подпустили бы к стенам Кремля, не то, что за стены его запустить. Не кичусь – констатирую. Сам я до тектонического сдвига, то бишь до уничтожения Советского Союза, был Главным инспектором Контрольной Палаты Верховного Совета СССР, имел право вызова машины из кремлёвского гаража и прочие привилегии. Моим первым замом стал один из редакторов «Политиздата», вторым – бывший собкор «Комсомольской правды». На должность консультантов удалось протащить тоже товарищей не затюканных. Оказались в составе редакции и «парашютисты» – посланцы сверху. Но какие! Один – бывший зампред Президиума Верховного Совета Узбекистана, другой – экс-депутат Верховного Совета России (поначалу ярый сторонник Е.Б.Н, затем автор лозунга: «Банду Ельцина – под суд!»). Между прочим он, раненный в Белом доме, год проскрывавшийся после его расстрела у друзей десантников в Рязани, был найден Сергеем Филатовым и рекомендован к нам на работу. Чудеса, да и только.