Читаем Избранное полностью

Мать часто уединялась в своей комнатушке, избегая невестки, но уже не смотрела на нее с презрением, не говорила колкостей. Они просто не разговаривали. В воскресенье приехал Сяосюань, а вечером последним автобусом снова уехал. Больше всех обрадовалась его приезду бабушка, сразу надела на него пальто, которое починила. Ради такого случая невестка сказала ей несколько слов, даже улыбнулась.

Погода стояла пасмурная, то и дело моросил дождь. Было скользко и грязно, и люди часто падали.

Однажды по дороге на службу Вэньсюань поскользнулся, упал и ушиб колено. Превозмогая боль, доковылял до работы. Было еще рано. Чжун сидел у стола, разглядывая в окно прохожих.

— Что с тобой? Упал? — спросил он Вэньсюаня, едва тот появился.

Вэньсюань кивнул и, расписавшись в журнале, направился к лестнице.

— Отпросись на день, здоровье надо беречь, — посоветовал сослуживец.

Вэньсюань ответил с печальной улыбкой:

— Ты же знаешь, какая у меня зарплата. Куда еще вычеты?!

— В такое время думаешь о вычетах? Ты жизни не щадишь ради компании! А знаешь, сколько нам здесь осталось работать?

— Ничего не поделаешь, раз мы едим хлеб этой компании, — устало отозвался Вэньсюань.

— Хлеб компании, говоришь? Только мы не из железа, — невесело улыбнулся Чжун.

— Какие-нибудь новости знаешь?

— Японцы захватили Гуйлинь и Лючжоу и продвигаются со страшной быстротой. Говорят, главный управляющий заявил, что, если враг войдет в Гуйчжоу, компания будет переведена в Ланьчжоу. Он уже послал в Ланьчжоу телеграмму с просьбой подобрать помещение. В этом случае всех нас выгонят вон!

— Неужели такое может произойти? — потемнело в глазах у Вэньсюаня. — Быть этого не может! Нет!

— Кто знает? От таких людей всего можно ждать. Взять, к примеру, нашу контору. Чуть что, сразу вычитают из зарплаты. Ты вот трудишься весь день, сил не щадишь — и все за гроши… — Появился управляющий Чжоу, и Чжун замолк. Потом тихо проговорил: — Что это его принесло в такую рань? Иди-ка к себе наверх.

Вэньсюань ушел. Начальник отдела, когда он проходил, поднял голову и окинул его взглядом. Вид у Вэньсюаня был жалкий. С замиранием сердца подошел он к своему рабочему месту, раскрыл рукописи, которым не было ни конца ни края, и, тщетно пытаясь сосредоточиться, подумал: «Невезучий я, бесталанный. Они не могут как следует написать даже вот этих иероглифов, а я их боюсь».

Нога нестерпимо ныла, и до обеда он так ничего и не сделал. Думал о доме, о том, что ему сказал Чжун. Последние дни он так страдал, что было не до газет. Захват Хубэя, падение Чанша, жестокие бои под Хэнъяном, округ переходит из рук в руки — он переживал от всего этого не больше, чем от жизненных тягот, которые буквально не давали ему вздохнуть. Когда же стали говорить, что положение дел меняется к лучшему день ото дня, ему и это было безразлично — ведь его личная жизнь становилась все хуже и хуже.

Прозвенел звонок на обед, он вырвался из круга этих мучительных мыслей, вздохнул. Какой-то сослуживец подошел к нему: «Распишись» — и положил перед ним лист бумаги. Вэньсюань испуганно поднял голову — оказывается, сослуживцы решили в день рождения управляющего Чжоу преподнести ему адрес. Против каждой фамилии значилась сумма в тысячу юаней. Сумма немалая. Вэньсюань заколебался было, но сослуживец презрительно хмыкнул, и Вэньсюань расписался. После этого он поднялся, ощущая, как ломит все тело, и, едва держась на ногах, спустился в столовую.

В столовой все возбужденно обсуждали падение Гуйлиня и Лючжоу и стремительное наступление противника. Вэньсюань ел, уткнувшись в тарелку, не принимая участия в разговоре, даже не прислушиваясь к нему. Его знобило, и он подумал, что снова начался приступ малярии. Когда он поднялся из-за стола, к нему подошел Чжун.

— Нездоровится? Ты плохо выглядишь. Пойди домой, отлежись.

Вэньсюань кивнул в знак благодарности и сказал:

— Будь добр, попроси для меня отпуск. Я действительно плохо себя чувствую.

Выйдя на улицу, Вэньсюань увидел рикшу у входа. Тот вопросительно посмотрел на него. Чжун, выглянув из дверей, посоветовал:

— Возьми рикшу!

— Ничего, потихоньку дойду, здесь недалеко. — Вэньсюань перешел дорогу и зашагал по противоположной стороне. Он едва плелся, втянув в плечи тяжелую, словно налитую свинцом голову. Его шатало. Нестерпимо ныло колено. Он то и дело останавливался, но, превозмогая боль, шел дальше. Прошел полпути и оказался у кафе «Международное». Где-то совсем рядом заговорила женщина, и он узнал голос жены. Посмотрел — и впрямь она. А с ней тот самый элегантно одетый молодой человек. Они что-то разглядывали в витрине кафе. Затем вошли внутрь. Шушэн и в голову не могло прийти, что муж находится всего в нескольких шагах от нее.