Читаем Избранное полностью

Избранное

Вещи – для всего народа,строки – на размер страны,вровень звездам небосвода,в разворот морской волны.И стихи должны такие быть,чтоб взлет, а не шажки,чтоб сказали: «Вот – стихия»,а не просто: «Вот – стишки».

1947

Микула

Все труднее передвигаться, все дрожливей перо в руке:завершается навигация и на суше и на реке.Что еще нам готовишь, старость? Строй годов свалить на дрова?Поселить на сердце усталость? Забывать заставишь слова?Все твои лихие посулы ты на нас поистратишь зря, –в нашем сердце – образ Микулы, неустанного богатыря.Он, закинувший в небо сошку, поднимается в полный рост,пролунив от земли дорожку до могучих далеких звезд.Ведь она-то назад не вернулась, продолжает далеко летать,миллионы раз обернулась, чтоб и нас увлекала мечтать.Разве ж мы не Микулы потомки в богатырском нашем краю?Разве мы в мировые потемки не метнули вешку свою?!Прошумело столетий чудо, отозвалось эхом в веках;было – вестью древнего люда, стало – вещью в наших руках.Да такое ль еще случится, до таких ли взмоем высот?И от старости станем лечиться, прорываясь сквозь небосвод.Станем жить – сколько воли станет, разве – если уж все надоест,потемнеет, замрет, увянет, – на себе мы поставим крест.Да навряд в нас кровь поостынет; ближе к солнцу переселясь,мы и там, в мировой пустыне, установим с землею связь!Так чего ж ты грозишься, старость, завывая под вьюги стон,намывая на разум усталость, навевая на веки сон?!Что ж, что трудно передвигаться, – сердце бьется, словно в сетях:намечается навигация на всемирных дальних путях!

1959

Кутузов

Кутузова считали трусом.А он молчал. Не возражал.Не потакал придворным вкусам –и отступленье продолжал.Вокруг него роились толки,что он устал, что стал он слаб,что прежних сил – одни осколки,что он царю – лукавый раб.Улыбки злобны, взгляды косывплоть до немых враждебных сцен;доклады пишут и доносыто сэр Вильсон, то Беннигсен.Что им до русского народа,до нужд его и до потерь:они особенного рода,мужик же русский – дикий зверь.Зарытый в дебри да в болота,живет во тьме он много лет.Скачи, драгун! Пыли, пехота,хотя бы прямо на тот свет!А те, кто требовал сраженья(чего и ждал Наполеон!),случись бы только пораженье,в двойной согнулись бы поклон.О нем потом писали книги,превозносился в нем стратег;тогда ж вокруг одни интриги,придворный холод, неуспех.Стесняемый мундиром узким,он должен был молчать, терпеть…То был душой, без крика – русский,что завещал и нам он впредь!

1960

Семидесятое лето

Перейти на страницу:

Похожие книги