Читаем Избранное полностью

Серая цапля на том берегу,Ты прилетела из стран отдаленныхНебом бездонным над морем студеным,Взгляд отвести от тебя не могу.Гордая птица с флажком-хохолком,Тушью как будто набрасывал кто-то,Ты прилетела сюда из КиотоВ Холланде-парке грустить о былом.Хрупкая цапля на длинной ноге.В зыби пруда извиваются рыбы,Камни седые ощерили глыбыВ парке зеленом, в далекой стране.Можно увидеть тебя иногдаВ обществе птиц, горделивых павлинов,Но в простоте очертаний единыхТы несравненна у кромки пруда.В сини зеркальной горят облака,Контуры цапли на воду ложатся,Можно ее только взглядом касаться,Чуть погрустить, улыбнуться слегка.

2007

На выставке Бориса Свешникова

Последний поезд от тоски земнойУходит в край несбывшейся надежды.Срывает ветер ветхие одежды,Всё погрузив в тяжелый мглистый зной.Сквозь чью-то жизнь крадется грозный рок,И путнику земному одиноко,Застыло солнце тусклое высоко,Вдруг отсветив отпущенный свой срок.Вползает в нас невыносимый страхПред запредельной тягостью могильной.Иссушит тело жадный червь точильныйИ превратит немедля в смертный прах.Метутся тени в призраке густом,Взывая к небу. Но к призывам глухоБездонное небес тугое ухо,А смерть сильна в молчании простом.И россыпь звезд, как лагерная пыль,На землю свет холодный посылает,Он милости и жалости не знаетИ небыль страхов превращает в быль.Чья кисть дрожит натянутой стрелой?На волосках что волны грозовые,Скатились в сини всполохи седые,Что после смерти не сулят покой.Не меря сил в отпущенный свой век,Как в летопись записывая строки,Он рисовал панно, картины, кроки —Художник, страстотерпец, человек.И Бог его неверие простил.Художник был послушен провиденью,И высшее судьбы предназначеньеОн сквозь души страданья пропустил.

2007

Вера, надежда, любовь

К чему скрывать – со смертью я знаком,Она ко мне нередко заходила,С собой пойти настойчиво просилаПо доброй воле лучше, чем силком.И малодушно руки опустив,Уйти за ней покорно соглашался,Все глубже, ниже в темень опускался,Про Божескую заповедь забыв.И если кто в спасении моемИз вязкого небытия повинен,То лишь надежда: помраченье минетИ Божьей волей снова заживемИ радости простых и трудных летПо вере будут в непростой дороге,И всем сомненья, чаянья, тревогиЛюбви согреет негасимый свет.

2007

Марине о «Киото гарден»

Перейти на страницу:

Похожие книги

Монстры
Монстры

«Монстры» продолжают «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007). В этот том включены произведения Пригова, представляющие его оригинальный «теологический проект». Теология Пригова, в равной мере пародийно-комическая и серьезная, предполагает процесс обретения универсального равновесия путем упразднения различий между трансцендентным и повседневным, божественным и дьявольским, человеческим и звериным. Центральной категорией в этом проекте стала категория чудовищного, возникающая в результате совмещения метафизически противоположных состояний. Воплощенная в мотиве монстра, эта тема объединяет различные направления приговских художественно-философских экспериментов: от поэтических изысканий в области «новой антропологии» до «апофатической катафатики» (приговской версии негативного богословия), от размышлений о метафизике творчества до описания монстров истории и властной идеологии, от «Тараканомахии», квазиэпического описания домашней войны с тараканами, до самого крупного и самого сложного прозаического произведения Пригова – романа «Ренат и Дракон». Как и другие тома собрания, «Монстры» включают не только известные читателю, но не публиковавшиеся ранее произведения Пригова, сохранившиеся в домашнем архиве. Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия