Читаем Избранное полностью

Он поднял глаза кверху - словно вынырнул из бурлящей воды, освободившись от балласта. Над растрепанными волосами и голыми плечами - светлое небо перекрытий и белых стен, картины XVII века, ангелы на золотом фоне... А в голове будто отдавался глухой топот крысиных полчищ, крыс - черные усики, острые мордочки,- крыс, обитавших на чердаках и в подвалах этого старинного монастыря св. Иеронима. Порой они без всякого стеснения шныряют по углам залы, а теперь, там, во тьме, над головами и под ногами веселящихся гостей тысячи и тысячи крыс ждут... наверное... ждут, чтобы броситься вдруг на всех этих людей... заразить их чумой... заставить корчиться от жара и головной боли... от тошноты и озноба... от долгой и страшной рези в паху и под мышками... сдыхать от черных пятен на теле... от кровавой рвоты... Если бы махнуть сейчас рукой... чтобы слуги железными засовами заперли двери... все выходы из этого дома с амфорами и кубками... ломберными столиками... кроватями под балдахинами... коваными замками... сундуками и креслами... двойными чугунными дверями... статуями львов и монахов... И весь сброд был бы здесь похоронен... никто не ушел бы с корабля... Облить тела уксусом... зажечь костры из ароматной древесины...

повесить себе на шею четки из тимьяна... и тихонько отгонять зеленых жужжащих мух... А вот - приказываешь им танцевать, жить, лакать вина...

Он отыскал глазами Лилию в этом взбаламученном море людей. Одинокая и молчаливая, она с безмятежной улыбкой что-то пила в своем углу, повернувшись спиной к дикой пляске и шутовским турнирам... Кое-кто из мужчин уже направлялся к выходу... поднося руку к ширинке... А некоторые женщины, уже открывали сумочки. Он жестко усмехнулся... вот единственный результат безудержного веселья и обжорства... Тихо хрюкнул... представляя себе... их всех и каждого в очереди у двух туалетов в бельэтаже... всех, облегчающихся от чудесных вин... всех, освобождающихся от обеда, который готовился в течение двух суток - искусно, тщательно, продуманно... и вот вам печальный конец этих уток и крабов, пюре и подлив... Хе-хе, самое приятное развлечение этого вечера...

Все быстро устали. Танцовщица кончила танец, и ее окружило полное безразличие. Гости снова стали разговаривать, просить шампанского, рассаживаться на мягкие диваны. Кое-кто возвращался в зал, застегивая брюки или пряча пудреницы в бальные сумочки. Вот и кончилась... заранее подготовленная недолгая оргия... запланированная вакханалия... Снова тихо и мелодично зазвучали голоса... Снова - притворство мексиканского плоскогорья... снова - заботы и хлопоты... будто гости хотят искупить эти минуты, это промелькнувшее мгновение...

.-...нет, от кортизона у меня появляется сыпь...

-...ты не знаешь, какой прекрасный духовник отец Мартинес...

-...скажите пожалуйста, кто бы о ней подумал такое. Говорят, они были... -...мне пришлось перенести...

-...Луис так устает, что ему хочется только...

-...нет, Хайме этого не любит...

-...она слишком дерет нос...

-...посмотрела немного телевизор и...

-...теперешняя прислуга просто невыносима...

-...уже лет двадцать, как они близки...

-...неужели дадут право голоса этим грязным индейцам?

-...а жена одна дома; никогда...

-...это вопросы высокой политики; мы уже знаем...

-...что ПРИ 39 с трудом выплывает; пора ей...

-...действия сеньора президента в палате...

-...да, я осмелюсь...

-...Лаура, кажется, ее зовут Лаура...

-...поработаем все вместе...

-...если разговор опять пойдет об шсоте 1ах 40...

-...для тридцати миллионов бездельников...

-...я тут же размещу свои сбережения в Швейцарии...

-...коммунисты только и знают, что...

-...нет, Хайме, не надо его беспокоить...

-...это будет баснословно выгодное дельце...

-...по-идиотски...

-...надо вложить сто миллионов...

-...этого превосходного Дали...

-...и мы с лихвой все окупим в два года...

-...мне прислали агенты для моей галереи...

-... или по меньшей мере...

-...в Нью-Йорке...

-...много лет жила во Франции. Говорят... разочарование...

-...давайте соберемся - только одни дамы...

-...Париж - блестящий город...

-...повеселимся без мужчин...

-...если хочешь, полетим завтра в Акапулько...

-...просто смех - колеса швейцарской промышленности...

-...мне позвонил американский посол, чтобы предупредить...

-...крутятся на десяти миллиардах долларов...

-...Лаура, Лаура Ривьер, она там снова вышла замуж...

-...в моей авиетке...

-...которые мы, латиноамериканцы, там разместили...

-...ни одна страна не может уберечься от подрывной деятельности... -...как же, как же, я сам читал в «Эксельсиоре»...

-...говорю тебе, танцует чудесно...

-...Рим - это, конечно, вечный город...

-...но не имеет за душой и медяка...

-...я трудился в поте лица, чтобы реализовать всю свою шерсть...

-...гляди, сидит и боится шевельнуться, как божество в яичной скорлупе... -... и почему я должен еще платить налоги этому нищему правительству? -...его называют мумией, мумией из Койоакана...

-...просто чудесный портной, милочка...

-...кредиты для сельского хозяйства?..

-...говорю тебе - в это дело лучше не ввязывайся...

-...бедная Каталина...

Перейти на страницу:

Все книги серии Мастера современной прозы

Похожие книги

Дети мои
Дети мои

"Дети мои" – новый роман Гузель Яхиной, самой яркой дебютантки в истории российской литературы новейшего времени, лауреата премий "Большая книга" и "Ясная Поляна" за бестселлер "Зулейха открывает глаза".Поволжье, 1920–1930-е годы. Якоб Бах – российский немец, учитель в колонии Гнаденталь. Он давно отвернулся от мира, растит единственную дочь Анче на уединенном хуторе и пишет волшебные сказки, которые чудесным и трагическим образом воплощаются в реальность."В первом романе, стремительно прославившемся и через год после дебюта жившем уже в тридцати переводах и на верху мировых литературных премий, Гузель Яхина швырнула нас в Сибирь и при этом показала татарщину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. А теперь она погружает читателя в холодную волжскую воду, в волглый мох и торф, в зыбь и слизь, в Этель−Булгу−Су, и ее «мысль народная», как Волга, глубока, и она прощупывает неметчину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. В сюжете вообще-то на первом плане любовь, смерть, и история, и политика, и война, и творчество…" Елена Костюкович

Гузель Шамилевна Яхина

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее
Дом учителя
Дом учителя

Мирно и спокойно текла жизнь сестер Синельниковых, гостеприимных и приветливых хозяек районного Дома учителя, расположенного на окраине небольшого городка где-то на границе Московской и Смоленской областей. Но вот грянула война, подошла осень 1941 года. Враг рвется к столице нашей Родины — Москве, и городок становится местом ожесточенных осенне-зимних боев 1941–1942 годов.Герои книги — солдаты и командиры Красной Армии, учителя и школьники, партизаны — люди разных возрастов и профессий, сплотившиеся в едином патриотическом порыве. Большое место в романе занимает тема братства трудящихся разных стран в борьбе за будущее человечества.

Наталья Владимировна Нестерова , Георгий Сергеевич Берёзко , Георгий Сергеевич Березко , Наталья Нестерова

Проза / Проза о войне / Советская классическая проза / Современная русская и зарубежная проза / Военная проза / Легкая проза