Но ни природа, ни искусство не удовлетворяются такого рода воспламенением, напротив, они желают так сформировать тела, чтобы все лучи, падающие на всю поверхность зеркала, сходились в одной точке. И еще [требуется], чтобы [эта точка] находилась на любом расстоянии, какое мы пожелаем, и это предел могущества геометрии. Ведь это зеркало будет с легкостью воспламенять все, что сможет перед ним оказаться (и, надо полагать, что этим будет пользоваться Антихрист для того, чтобы испепелять города, крепости и войска). Ибо если незначительная концентрация лучей, достигнутая посредством преломления или вогнутого зеркала, производит ощутимое воспламенение, то сколь бесконечно более мощным будет воспламенение, когда бесконечно бесконечное число лучей будет сконцентрировано с помощью этого зеркала. […] И опытнейший из латинян [128] работает над созданием такого зеркала, и слава Вашего Величества сможет предписать, чтобы он завершил [этот труд], ибо теперь Вы извещены о нем.

Haec autem triplex multiplicatio secundum lineas dicitur esse principalis propter hoc, quod ab ipso agente venit.

И это тройственное распространение сообразно линиям называется первичным по причине того, что оно происходит от самого действующего.

Sed quarta est magis mundo necessaria, quamvis vocetur accidentalis multiplicatio. Nam lumen accidentale vocatur respectu lucis principalis venientis a re, quoniam hoc non venit ab agente, sed a multiplicationibus principalibus, ut in domo cadit per fenestram multiplicatio principalis a sole, sed in angulo domus venit a radio fenestrae lux accidentalis. […]

Но четвертый [вид] распространения куда более необходим миру, хотя он и называется акцидентальным распространением. Ибо свечение называется акцидентальным сравнительно со светом, первично исходящим от вещи, поскольку свечение исходит не от действующего, но от первичных распространений. Так, через окно в дом падает первичное распространение от Солнца, но угла дома достигает акцидентальный свет, берущий начало от луча, проникшего сквозь окно. […]

Quinta vero est aliena ab istis, nam non tenet leges communes naturae, sed sibi vindicat privilegium speciale. Et haec multiplicatio non fit nisi in medio animato, ut in nervis sensuum; nam species sequitur tortuositatem nervi, et non curat de incessu recto, et hoc fit per virtutem animae regulantis incessum speciei, secundum quod opera rei animatae requirunt. De hac in perspectivis veritatibus aliquid dicetur. Quatuor primae sunt communes rebus mundi inanimatis, secundum quas natura delectatur operari; quinta ad sensum noscitur pertinere.

А пятый [вид] распространения отличен от этих [четырех], ибо оно не подвластно общему закону природы, но присвоило себе особую привилегию. И это распространение имеет место только в одушевленной среде, например, в нервах органов чувств. Ибо species [в данном случае] следует извилистости нерва, и не заботится о прямом пути, и это происходит благодаря способности души, направляющей движение species, сообразно тому, что требует деятельность одушевленной вещи. Об этом будет сказано кое-что в [разделе, посвященном] истинам из области оптики. Четыре первых вида [распространения] являются общими для неодушевленных вещей мира, и ими довольствуется в своей деятельности природа; пятый [вид] признают относящимся к чувству.

Capitulum III. In quo datur multiplicatio secundum figuras.

Глава III. В которой представлено распространение сообразно фигурам.

Deinde considerandum est, quo modo fiat multiplicatio secundum figuras. Et oportet quod multiplicatio fiat sphaerice. Nam agens multiplicat se aequabiliter in omnem partem, et secundum omnes diametros, et omnes differentias positionis, quae sunt sursum, deorsum, ante, recto, dextrorsum, sinistrorsum. Ergo undique exeunt lineae in omnem partem ab agente tanquam a centro; sed lineae undique exeuntes ab uno loco non possunt terminari, nisi ad superficiem concavum sphaerae. Et hoc patet, quia oculus non videt nisi per speciem venientem, sed si infiniti oculi ponerentur undique, omnes viderent eandem rem. Ergo per infinitas lineas exit species; sed infinitae non terminantur nisi ad superficiem sphaericam.