— Это правда. Нужно сражаться со всей возможной энергией, если цели благие. Все принципы нашей веры отражены в следующих словах: «О, моя душа, ты есть воплощение Света, знаю твою Сущность. О, моя душа, Бог есть вечно в тебе; через слово гуру обладаешь Его любовью, зная твою сущность, ты знаешь своего Бога; и ты знаешь тайну рождения и смерти…»

Когда сикх закончил, оба собеседника какое–то время молчали. Дхама обдумывал услышанное. Каменный хаос открылся их взорам, а над ним возвышалась коронованная гигантскими скалами гора. Там находился вход в пещеры, а ниже, восточнее, скрытая деревьями, стояла большая чайтья1.

Буддийский храм–молельня, где верующие совершают обряд поклонения ступе.

Сикх решил, что будет правильно устроиться на привал в этом заброшенном буддийском храме.

Он направил лошадь к крутому склону. Дхама пропустил его вперед.

В этом месте незримо бродила смерть.

— Что скажешь? Все спокойно? — спросил Мишель, подъезжая с Хирал и мулами к Дхаме.

— Мне кажется, что это место населено привидениями…

— Уж лучше воевать с духами, чем с людьми.

— Он прав, — сказала Хирал. — В этих пещерах томятся души. Но я не верю, что опасность исходит от них.

— Где же тогда ее источник?

— Не знаю.

Позади них, в лесной чаще, зарычал тигр. Грифы спустились со своих высот и закружились над ними. Трое всадников начали подниматься на гору.

Глава 34

Принц Ранга сидел, скрестив ноги, на террасе, откуда открывался вид на Варанаси. Лицо его и тело были изукрашены красными узорами, глаза полузакрыты. С улиц доносились непристойные песни в честь Кришны и Камы. Дерево ашока с дрожащей листвой укрывало принца своей тенью, а его красные цветы — символ пламенной любви — трепетали под ласковыми порывами дувшего от Ганги ветра. Несколько цветков, сорванных руками девственниц, плавали в серебряном сосуде, наполненном священной водой.

Ранга дышал медленно, полной грудью. В своем городе он чувствовал себя комфортно. Все страхи остались в Лахоре. Здесь, в этих стенах, под охраной трех сотен стражников и под защитой двух дюжин гуру со сверхъестественными способностями и богов священного города ему были не страшны происки рани Джундан и ненасытность англичан.

Ранга открыл глаза, взял из воды цветок и раздавил его пальцами, потом зачерпнул кубком воды и выпил. Этим своеобразным ритуалом он вознес хвалу богу Вишну. Была середина марта по европейскому календарю, а по индийскому — месяц пхалгун. В этот день было полнолуние, и праздник Холи1, посвященный Кришне и Каме2, был в самом разгаре.

Молодой жрец вступил под сень дерева и, не говоря ни слова, расстелил перед принцем кусок ярко–розовой ткани. На ткань пролился дождь из красных драгоценных камней, символизирующих человеческую кровь — источник жизни и желания любви.

Ранга запустил руки в груду камней, зачерпнул пригоршни, поднес к глазам, потом разжал пальцы, и турмалины, альмандины, пиропы, рубины, корунды, яшма и гранаты каскадом упали на землю.

Он забыл о близкой войне, забыл о политике, забыл о том, что он — человек. Он почувствовал себя равным Кришне и Каме.

1 Новый год по индуистскому календарю. Как и многие древние народы, индусы встречают его весной, когда пробуждается природа. Холи наступает в полнолуние весеннего месяца пхалгуна, который приходится на февраль — март.

2 Там, где больше почитают Кришну, в частности в северном штате Уттар–Прадеш, где, как считается, он провел детство и юность, Холи связывают именно с этим любвеобильным богом. А вот на юге страны по случаю Холи вспоминают историю богини любовной страсти Рати, которой пришлось похоронить мужа — бога любви Каму. Озорной Кама нацелил свой лук с пятью цветками–стрелами на аскета Шиву и отвлек его от медитации. За это он был испепелен огнем, вышедшим из третьего глаза могущественного бога. Правда, позже Шива, уступив мольбам своей жены Парвати, вернул Каме телесный облик. В честь его возвращения и устраивают праздник Холи.

Он протянул руку, желая схватить и сжать город, реку, горизонт. Весь мир принадлежал ему.

— Да позволят мне боги достигнуть трех целей человеческой жизни, — дхармы, артхи и камы1! — воскликнул он.

Странно было слышать такие слова из уст принца. Обладатель несметных богатств, любитель чувственных наслаждений, он являлся полной противоположностью тем, кого принято называть людьми добродетельными и богобоязненными. Он отказался вступать в брак, рискуя тем самым потерять уважение не только соседей–правителей, но и собственного народа, ибо безбрачие шло вразрез с религиозными предписаниями и всячески порицалось. Он ответил отказом на все предложения заключить династический брак. Конечно, люди поговаривали о том, что у него имеется несколько внебрачных отпрысков, но эти непризнанные дети в расчет не принимались. Он решил, что его род умрет вместе с ним. Когда придет время, он сделает соответствующие распоряжения относительно наследства. Но до этого еще далеко. Могуществом с ним могут сравниться только боги.