Читаем Избавление полностью

Какой же путь избрать? Ах да, Вильгельм Пик. Сед как лунь, но еще полный энергии и будто начиненный динамитом. И умеет убеждать, знает логику борьбы... Таких людей, наверное, закаляет сама борьба. Паулюс чувствовал, что Вильгельм Пик что-то перевернул в нем. Заронил зерно. Совершил в нем внутренний надлом. Правда, Паулюс все еще презрительно относился к коммунистам, тем паче к немецким, считая их бегство из фатерлянда потерей престижа и чести. Но это скорее было предубеждение, а не убеждение Паулюса. Стереотип мышления мешал ему разобраться именно в логике борьбы.

В действительности же Вильгельм Пик правильно поступил, не раз и не два навестив его. Заходил ради него, фельдмаршала, чтобы вывести на путь истины, ради спасения нации... Но что же все-таки сделать, какой путь найти, - не сидеть же ему, Паулюсу, сложа руки и ждать, когда империя превратится в пыль на ветру...

Паулюс захотел видеть полковника Адама - ни с кем не мог откровенно поделиться, только с ним. Самому Адаму казалось, что он обидел своего господина фельдмаршала, когда сказал о наездниках, и некоторое время намеревался не навещать Паулюса. Но позвал его сам фельдмаршал. Адам входил в комнату несмело, ожидая резкой отповеди. Крупный, высокого роста, с волевым лицом, изборожденным, как у шахтера, въедливыми сизыми крупинками, полковник и здесь, в плену, побаивался фельдмаршала, внутренне чувствовал некую зависимость от него и платил ему послушанием.

- Адам, - заговорил примирительным тоном Паулюс. - Начертите Мне карту.

- Какую карту, господин фельдмаршал? - подивился Адам.

- Покажите линию расположения войск. Движение русских советских армий, ну и этих англосаксов... И чтобы без ложного лоска, как есть.

Адам хотел уже выйти, но спохватился:

- Извините, господин фельдмаршал, каким цветом изволите изобразить на карте наши войска и русские?

Паулюс не сразу понял смысл вопроса и, наконец догадавшись, ответил:

- Чертите, как на русских картах: красным - русских, а противника, то есть немецкие войска, синим.

"Что это с ним? - шевельнулось в мозгу Адама. - Уж не рехнулся ли или собирается заодно с русскими воевать?"

- Когда изволите? - спросил полковник.

- Завтра чтобы лежала у меня на столе, - сказал фельдмаршал, пожаловался на усталость, принял валерьяновую настойку и лег отдыхать.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

Каждое утро генерал-фельдмаршалу Паулюсу приносили отпечатанную на машинке сводку боевых действий с театра войны, и его уже не удивляли ни поражения германских войск, ни размах движения советских армий. Но то, что увидел он сегодня на карте, когда Адам принес ее и прикрепил кнопками к стене, потрясло до глубины души.

Подавленный и удрученный, фельдмаршал стоял, разглядывая карту: вся она испещрена красными стрелами ударов на разных стратегических направлениях, и эти стрелы готовы были вот-вот врезаться в Германию. Белоруссия, большая часть Украины, Прибалтики и Молдавии были уже отняты у германских войск, освобождены, а стрелы ударов нацеливались и уходили все дальше на запад.

Стрелы, стрелы... Вся огромная карта в красных стрелах...

Война ломилась в ворота стран, которые блокировались с Германией: того и гляди, выйдет из кровавой бойни Финляндия, сбросит с себя военные тяготы и запросит перемирия Румыния... Уже полыхают бои на территории Польши. А что-касается Югославии, то она и сама в красных стрелах, там всю войну клокочет партизанская битва. Народно-патриотические силы Болгарии и Чехословакии поднимаются на борьбу и ждут не дождутся прихода русских братьев...

Морщился поначалу Паулюс, переживая за свои войска, за германские армии, но постепенно лицо его обрело спокойствие, почти просияло. "Чего я пекусь за армии Гитлера?" - подумалось фельдмаршалу, а вслух он сказал, обращаясь к Адаму:

- Если так и дальше пойдут дела, главного наездника очень скоро выбьют из седла.

- Похоже, - поддакнул Адам. - Поторопиться бы и нам не мешало... - Он не докончил, но и без того намек был понятен.

В комнату, постучав, вошел комендант лагеря, сегодня он был в очень уж приподнятом настроении.

- Фельдмаршал Паулюс, рад сообщить важные новости.

- Какие? - вскинул белесые брови Паулюс.

- Во-первых, наши союзники, американцы и англичане, открыли второй фронт, шагнули наконец через Ла-Манш и совершили успешную высадку в Северной Франции.

Комендант лагеря изучающе смотрел на фельдмаршала, ожидая, как он оценит событие со своей вышки. Паулюс, щурясь, вгляделся в верхний угол карты, мысленным взором провел прямую стрелу до Берлина и сел на стул, уронив голову на грудь. Потом встал, прошелся по комнате, скрестив на животе руки, будто чувствуя себя пойманным, и сказал со стоном в голосе:

- Война на два фронта всегда была гибельной для Германии. Об этом предостерегал Гитлера тот же бывший начальник генштаба генерал Бек... Гитлер не внял его памятной записке, наоборот, изгнал самого из генштаба... Этот азартный игрок понадеялся на свою интуицию, на гороскоп и предсказания гадальщика, который пророчил ему великий успех в войне...