Читаем Из тупика полностью

- Простите, ваше превосходительство, - с легкой издевкой произнес Чаплин, - но даже шнуркам от моих ботинок известно гораздо больше, нежели вашему штабу. Что же касается этой женщины, то... Представьте себе, адмирал, - знаю! Не могу вспомнить откуда, но - да, да! Удивительно что-то знакомое в ее облике. Еще с юности...

- Надеюсь, - примирительно заметил Виккорст, - вы еще не сказали княгине Вадбольской, что скоро здесь, на Двине, будет полно британских кораблей?

- Дали понять ей... чтобы не уезжала. Чего скрывать?

- Откровение необходимо в меру, Георгий Ермолаевич. Мы проникли очень глубоко. Но агентов ВЧК все же надо остерегаться... даже здесь, "У Лаваля"! Мне очень жаль эту красивую княгиню, но пусть она сама проснется завтра в новом мире. Без большевиков! Извините, и можете вернуться...

Провожая княгиню Вадбольскую по тихой улочке Немецкой слободы, Чаплин-Томсон сказал ей на прощание:

- Глафира Петровна, завтра Россия возродится... отсюда, из Архангельска. Видите на рейде огонек? Это яхта "Эгба", и бежит по антенне искорка радиопередачи. Я могу вам сказать заранее, что сейчас принимают радисты в Мурманске.

- Вы меня совсем заинтриговали. Я так полна впечатлений...

- В Мурманске сейчас принимают и расшифровывают сигнал, который станет историческим: "Все готово, приходите немедленно".

Глава девятая

- Все готово, - сказал Суинтон, сбрасывая наушники. Архангельск настаивает, чтобы эскадра выходила немедленно.

Уилки куснул себя за палец - мечтательно.

- Хорошо, - поднялся он. - Я пошел...

Он заперся в своей тесной комнате, налил в стакан виски. Перед ним станция телефонных подключений. Прихлебывая виски, он соединился с телеграфной службой.

- Барышня! Кто это? Лизанька... Здравствуй, моя сладкая девочка. Ну-ка воткни меня в Кандалакшу... Да, из консульства!

Он пил виски и, глядя в потолок, ожидал соединения.

- Тикстон? Здорово, старый бродяга! Когда прибыл дипломатический корпус из Архангельска?

- Он уже на подходе, - сообщил Тикстон.

- Значит, в полной безопасности?

- Да. В полной.

- Будь здоров, Тикстон... Лизанька, солнышко мое, отключи, я разговор закончил...

Просунул ноги в матросские боты, надел высокую меховую шапку.

Кэмпен встретил его посреди адмиральского салона, - над головой адмирала качалась клетка с черным мадагаскарским попугаем.

- Архангельск? - спросил он сразу.

- И Кандалакша, - ответил ему Уилки. - Наши миссии в безопасности?

- Да, можно начинать...

...Генерал Пуль поднялся при появлении Кэмпена:

- Итак, адмирал, что-нибудь с "Эгбы"?

- Да. Нас ждут...

Пуль прошел в соседнюю с салоном каюту, где проживал под большим секретом один из лордов Британского адмиралтейства. Загнув страницу на недочитанном романе, он испытующе посмотрел на входившего Пуля.

- Что? - спросил лорд, не выдержав молчания генерала.

- Боевой курс, - кратко ответил Пуль. - Мы идем...

- Сколько единиц?

- Семнадцать вымпелов, сэр.

- Людей?

- Много не надо, сэр. Там уже все готово к нашему проходу. Архангельск будет взят голыми руками...

- И вот, понимаешь, - говорил Юрьев, кладя голову на грудь Зиночке Каратыгиной, - чувствую с первого же удара, что мне до гонга не дотянуть... Бэкс, бэкс! Меня этот негр бьет...

- Ой, как страшно! - сказала Зиночка.

- Тогда я бью. Бэкс, - хукк справа... Раз! Не берет. Неф меня слева апперкот. Но я устоял. И вот беру его на свинг.

- Мне все так интересно с вами... - сказала Зиночка, изображая волнение. - Но что скажет муж? Наверняка он меня уже ищет...

- И не найдет! - говорил Юрьев, заваливая Зиночку на свою неряшливую постель. - Ты это брось... Знаю я вас, дамочек...

Зиночка успела только сказать: "Ах!" - и тут в дверь громко забухали кулаками.

- О черт... - выругался Юрьев.

- Это он! - заметалась Зиночка по комнате. - Боже, защитите меня. Я зашла к вам по делу. Ради бога, придумайте поскорее - зачем я к вам заходила?

- Сейчас... бэкс! - сказал Юрьев, распахивая двери.

- Ой... - испугалась Зиночка.

Старый Брамсон, не переступив порога, снял котелок:

- Добрый вечер, госпожа Каратыгина. Как вы хорошо выглядите сегодня. Так хорошо, что можно позавидовать вашему мужу...

Потом посмотрел на Юрьева с ненавистью и сквозь зубы, укрепленные пломбами, просвистел:

- Ссссразу же... ссскоро... без нассс не обойдутся!

Зиночку оставили с ключом от комнаты Юрьева, чтобы сама закрыла за собой двери и убиралась к своему скучному мужу. Начинались дела мужские дела чести; Брамсон всю дорогу негодовал.

- Это, наконец, свинство, - говорил он. - У нас с вами такой богатый опыт по борьбе с большевизмом, и - что же? На эскадру берут лейтенанта Басалаго, а нас оставляют в Мурманске. Но я и моя Матильда Ивановна давно мечтаем перебраться в Архангельск, поближе к фруктам... Сколько же можно есть ананасы в жестянках?

- Пошли, пошли, юрист, - волновался Юрьев. - Мы, слава богу, не последние парни на деревне. Без нас не обойдутся!

В консульстве их встретил сияющий Ванька Кладов.

- И я, - сказал. - Меня тоже берут.

- Тебя-то куда... поет?

- Представитель прессы при генерале Звегинцеве.

Брамсон даже побледнел от зависти:

- Видите? Даже старая кавалерия в ход вошла...