Читаем Из Тени (Dragon Age) полностью

Прежде чем ответить, черноволосый мужчина вновь ушёл в свои мысли, из раза в раз прокручивая то, что он увидел и услышал. К счастью, в этот раз для самокопания ему дали время, и обе женщины терпеливо ждали, даже Кассандра. Но всё было бесполезно. И чем больше он углублялся в темноту своего сознания, тем ему становилось всё страшнее. Тут уже никакой контроль не позволит и дальше сопротивляться панике. Его обвиняют в каком-то страшном теракте. Значит, вероятно, он должен быть участником этого их «конклава». Но почему тогда весь этот мир, что его окружил в первые минуты после возвращения сознания, кажется ему чужим, совсем незнакомым?

— Тьма… — спустя какое-то время хоть что-то произнёс пленник. — Помню лишь тьму, — обречённо вздохнул он, но потом чуть оживился, — но потом, кажется, был… голос…

— Голос?! Верховная Жрица?! — тут же оживилась Кассандра и вопреки желанию не вмешиваться подошла к пленнику. Так и хотелось схватиться за его чёрные тряпки и вытрясти силой из него воспоминания, к счастью, женщина подавила в себе эти мысли, став терпеливо ожидать.

— Нет, — пленник не заметил опасную близость воительницы, продолжая рыскать в своём сознании. — Этот голос был мужским. Таким мерзким… Я помню… злость, — на лице пленника появилась неподдельная ненависть от воспоминаний о том голосе. — Помню, когда его услышал, тут же захотелось до него добраться и придушить собственными руками… Кажется, у меня даже получилось выбраться из тьмы, но потом… снова ничего… — поняв, что то немногое, что он озвучил — единственное, что он помнил, мужчина огорчился. Очевидно, какой-то ненавистный голос — это не то, о чём бы ему хотелось помнить.

Когда он закончил, женщины с тяжёлым взглядом переглянулись. Конечно, того немногого, что они услышали, ещё недостаточно, чтобы опять делать какие-то выводы. И всё же как тут сдержаться? Другой мужской голос — ещё один маг? Пленник почувствовал злость — у них произошёл какой-то раздор? «А потом он бросил остальных сектантов, чтобы спасти свою шкуру», — завершила Кассандра. Лелиана лишь вновь покачала головой. «Не может быть всё так просто», — подумала она. Ведь в словах мужчины была какая-то странность. Он сказал, что попал во тьму после того, как попытался добраться до того, чей голос услышал. Очевидно этой «тьмой» является его бессознательное состояние, в котором его нашли. Но почему же во тьме он был и до того голоса? Вот, что не давало женщине покоя.

Однако больше им было не до размышлений. Ведь неожиданно метка на руки пленника с противным треском вспыхнула. В миг зелёный свет стал очень ярким, почти ослепляющим. Это отразилось и на её носителе. От ужасной боли, сжав непроизвольно руку в кулак, мужчина оскалился и взвыл. Зелёный поток магии пробегал по его телу, принося ему нестерпимую боль. Через несколько секунд, кажется, тем же цветом вспыхнула его кровь, проявились полосы вен и артерий, от чего казалось, что мужчина горит уже весь. Вскоре пленник не выдержал, сорвался на крик. Но и он стал скорее хрипом — сил, чтобы кричать, просто не было.

Картина стояла страшная. Все те, кто был здесь, смотрели за происходящим с ужасом. Инстинктивно хотелось сбежать прочь от такого зрелища. Но все понимали, нужно было подбежать и хоть что-то сделать, чтобы спасти, очевидно, важного пленника. Мало того, что такие мучения не заслуживает никто, так ещё и метка может его убить, если вновь не стабилизируется. Однако ни один из них так до сих пор ничего и не осмелился сделать.

«Ну и где этот «знаток Тени», когда он так нужен?!», — яростно подумала воительницы, желая уже вымести всю свою ярость на бедного эльфийского отступника, забыв, что она его сама и отправила поближе к Бреши, чтобы изучить её, когда состояние пленника нормализовалось.

К счастью, худшего не произошло. Не успев довести своего носителя до смерти, метка начала терять силу. Свет утихал, и судя по поведению мужчины, боль — тоже. Вскоре от былого всплеска магии не осталось и следа. Только пленник, находившийся уже одной ногой в обмороке, начал заваливаться. Лелиана среагировала быстро и, подбежав, удержала мужчину, чтобы он не упал и ещё больше не повредил и без того опустошённую голову. Он никак не отреагировал, кажется, вообще не воспринимал реальность. Его белые зрачки из полуопущенных век смотрели в пустоту. Лишь попытки при очередном вдохе захватить как можно больше воздуха, будто вдыхает в последний раз, говорили о том, что он пока что в сознании.

Пока один солдат был послан на поиски лекаря, другой уже принёс Сестре Соловей подготовленную на подобный случай лечебную настойку из эльфийского корня.

«К демонам безопасность!», — подумала она, когда села на пол, и, до сих пор удерживая пленника практически на себе, начала поить его настойкой. Действительно, к чему осторожничать? Ведь если сейчас ничего не предпринять и он умрёт, то конец уже им всем.