Кармона прошла в гардеробную и зажгла свет. Одежда Джеймса была свалена на кресле. Рядом лежал халат.

Но плаща, висевшего за дверью, не было, исчез и фонарь, лежавший на туалетном столике возле зеркала.

Кармона вернулась в спальню, подошла к двери и открыла ее. На миг ей показалось, что она еще не проснулась. Атмосфера нереальности господствовала в доме: сквозняк, наверху лестницы горит неяркая лампочка, бормочут часы. Шаги, которые она слышала в саду, теперь доносились из холла. Но были уже неторопливы. Кто-то медленно, тяжело передвигая ноги, приближался к лестнице, а потом остановился, словно не в силах продолжать путь.

Кармона ждала в дверях. Ей было прохладно в тонкой ночной рубашке. Шаги послышались снова. Кто-то поднимался по лестнице, останавливаясь на каждой ступеньке. Наконец Кармона увидела свою подругу.

Пеппи, ухватившись за перила, остановилась на лестнице, будто эта последняя ступенька, которую она одолела, отняла у нее последние силы. Правой рукой она держалась за перила, левая плетью повисла вдоль тела. Лицо ее было мертвенно-бледным. А белоснежное платье залито кровью. Кармона стояла оцепенев, она не могла оторвать глаз от зловеще-красного пятна.

Глава 14

Пеппи повисла на перилах, тяжело и часто дыша. Потом вдруг, будто пловец, сделала рывок и, спотыкаясь, побрела к своей комнате. Дверь была закрыта. Она протянула руку, нащупывая и не находя ручку. Наконец она повернула ее и исчезла в темноте комнаты.

Сердце Кармоны громко стучало. Усилием воли она вернула себе способность мыслить. Первое, о чем она подумала, — как хорошо, что она не попыталась остановить Пеппи и дала ей спокойно пройти в свою комнату. Кто знает, какая у нее была бы реакция, она могла закричать и перебудить весь дом. Кармона была убеждена, что никто не должен проснуться, никто ничего не должен знать.

Комната Аделы Кастлтон находится рядом, но спит она крепко, поскольку приняла снотворное. Значит, все в порядке.

Войдя в комнату, Кармона услышала испуганный возглас. Она щелкнула выключателем, комната наполнилась светом, и Кармона увидела Пеппи. Она стояла с широко открытыми глазами, вытянув руку так, будто готовилась отразить удар. Под ярким светом люстры было отчетливо видно алое пятно на белом платье и перепачканные в крови руки.

— Не пугайся, это только я, — сказала Кармона и сама удивилась, что голос ее не дрогнул. — Что случилось?

— Он мертв… — сказала Пеппи, медленно опуская руки.

Кармона повернулась и заперла дверь. Казалось, сердце ее остановилось, Джеймса нет в комнате, неужели…

— Элан… Элан мертв, — добавила Пеппи. Кармона чуть не вскрикнула — такое испытала облегчение. Одно только слово, имя, и сердце вновь застучало. Она подошла к Пеппи и быстро прошептала:

— Снимай платье, и побыстрей. Расскажешь потом.

Пеппи покорно стала раздеваться, она беспомощно теребила белый шифон и безуспешно пыталась расстегнуть крючки пояса. Кармона помогла ей стянуть платье и связать его в узел. Туда же они засунули и чулки. Кровь просочилась насквозь.

— Теперь надо уничтожить платье, но прежде ты должна мне все рассказать. Ты говоришь, Элан мертв? Это ты… убила его?

Пеппи судорожно глотнула воздух и покачала головой:

— Нет, нет!

— Ты должна сказать мне.

— Я вышла… встретиться с ним.

— Зачем?

— Он собирался утром в город. Сказал… что увидится с Биллом… вот я и пошла…

— Куда?

— В пляжный домик.

— Но он же заперт. Мы всегда запираем его.

— Ключ лежал на столе в холле, Элан положил его себе в карман. — Пеппи содрогнулась. — Все очень просто.

— Продолжай, — приказала Кармона. — Постой, тебе надо что-нибудь накинуть.

На спинке кровати висел тонкий черный пеньюар с золотыми и серебряными звездами. На его темном фоне заостренное лицо Пенни казалось смертельно белым, а смазанная помада на губах напоминала грим клоуна.

— Когда я пришла туда, дверь была открыта. Света не было. Я обо что-то споткнулась и упала. Пятна на платье я не видела, чувствовала только, что оно мокрое, и руки тоже. — Пеппи охватила дрожь.

— Ты сказала, что Элан мертв. Ведь так?

— Да, он был мертв.

— Откуда ты знаешь?

— У меня был фонарь. Я зажгла его и увидела… — Ее вдруг словно прорвало. Она разрыдалась, торопливо сыпля словами в промежутках между всхлипываниями. — Он лежал прямо у двери и был мертв. Кто-то убил его. Но я не убивала, клянусь, не убивала! Да и как бы я могла это сделать? У меня ничего не было. Все… Все было в крови — платье, руки. О, Кармона!

— Ты уверена, что он был мертв?

— Если бы ты видела, ты бы не спрашивала. — Пеппи умолкла. Ее бил озноб.

— Надо вызвать полицию, — сказала Кармона.

Пеппи в ужасе уставилась на нее.