ИЗ ГЛУБИНЫ ГЛУБИН

Большая книга рассказов о морском змее

и стадо морских змей

плыло по морю.

От составителя

Издание Из глубины глубин: Большая книга рассказов о морском змее включает весь материал одноименного двухтомника, выпущенного нами в 2018 г. (том II вышел в этом году двумя изданиями).

Антология дополнена пятью произведениями, среди которых следует выделить небольшой рассказ Н. Г. Гарина-Михайловского Допотопное чудовище, датированный 1898 г. — первое известное нам русское художественное произведение о морском змее. Заслуживает внимания также блестяще проиллюстрированный рассказ украинского писателя Г. Гасенко Морское чудовище (1920), переведенный на русский язык автором Подземной Москвы Г. Алексеевым и включенный в антологию в факсимильном виде[1].

Ранее опубликованные в двухтомнике комментарии и новые переводы были заново просмотрены и при необходимости дополнены либо исправлены.

А. Шерман январь, 2020

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Вместо предисловия

Гилберт Кит Честертон

ЧУДОВИЩА И ЧУДОВИЩЕ, ИМЕНУЕМОЕ ЧЕЛОВЕК

В эти дни вся пресса бурлит и булькает по поводу пришествия и появления или погружения и исчезновения Чудовища, которое предположительно обитает (почему именно, лучше известно ему одному) на дне озера Лох-Несс. Мне не стоит и говорить, что подобное Чудовище, будь оно или нет обитателем Лох-Несса, является очень популярным жителем Флитстрит. Без сомнений, это очень доброжелательное чудище — ведь оно помогло не одному неимущему журналисту тиснуть тут и там несколько абзацев. В величественных образных стихах книги Иова оно кипятит пучину, как котел[2], да и само бывало причиной многих кипящих строк. Лично меня не очень интересует, так или иначе решится вопрос. Меня интересует спор как таковой, который почти точно следует древнему извилистому следу Великого Морского Змея. Я не склонен так уж волноваться, когда речь заходит об этих предполагаемых животных, и не совсем понимаю, почему все, говоря о них, приходят в такое странное возбуждение. Я не знаю, и мне все равно, живет ли в озере чудовище или в море — морской змей. Но меня очень занимает иное чудовище; гораздо более чудовищное чудовище; чудовище настолько фантастическое, что вполне могло бы заменить монстров сказок и легенд. Это чудовище именуется Человеком, и вместо горбов, рогов и длинных хвостов, какими наделяют подобных созданий, у него имеется аномальный отросток, называемый Головой. В этом наросте, как полагают, содержится некий таинственный принцип под названием Разум; но в последнее время, честно говоря, он стал таким же ускользающим и неуловимым, как чудовище Лох-Несса.

Большинство авторов, в особенности авторов скептического толка, пишут об озерном чудовище почти так же, как о морском змее, то есть в таинственном, мистическом и иррациональном духе. Прежде всего, с самого начала молчаливо выдвигается некое смутное предположение, полностью противоречащие истине и потому заводящее всю дискуссию в тупик; это смутное предположение гласит, что дискуссия посвящена предмету полумистическому. Одна из статей, написанная очень одаренным журналистом, начиналась следующей фразой: «Обращаясь к этим рассказам о призраках или чудовищах…» Хоть убейте, я не в состоянии понять, почему морской змей должен быть мистичней морского слизня. В каком-то смысле все они — существа мистические, ибо тайна Создателя таится во всех Его творениях; но такого рода тайна присуща и мельчайшей креветке, проглоченной курортником в Маргейте[3]. Самая гигантская змея в пучине моря ничуть не более сверхъестественна, чем самая крошечная. Размеры таких существ, плавающих в морских глубинах, могут служить предметом научного обсуждения, но обсуждения исключительно научного. Можно верить, что в море есть рыбы побольше, чем когда-либо выловленные человеком, но в этом нет ничего потустороннего. И в предположении, что на дне шотландского озера или где-либо еще обитает колоссальное существо (если такие огромные живые существа возможны) нет ни следа Кельтских Сумерек[4] или гламора гэльского ведовства и ясновидения. Есть там чудовище или нет — вопрос лишь доступных нам свидетельств, и даже сомневающиеся признают, что свидетельства эти довольно весомы.