Ивон еще раз окинул взглядом песчаную пустыню, безжизненную и неприглядную, где не было ни воды, ни хотя бы самого маленького островка тени. Потом он повернулся к прохладной и заманчивой лесной стороне, и его странно потянуло туда, в этот прелестный шумный лес.

Он спросил:

— Может ли человек вообще не отвечать на слова Короля Оберона? Или все равно он тогда попадет во власть эльфов?

Жером покачал головой:

— Нет. Если человек не заговорит с Обероном, то Король Эльфов не сможет силой сломить его волю.

— Тогда, — сказал Ивон, — мы будем держать языки за зубами и останемся целы и невредимы, если даже и повстречаемся с грозным Королем Обероном. Под палящим солнцем, без воды, мы все скоро погибнем от жажды в пустыне, но если поедем лесной дорогой, у нас будут и тень, и вода, и мы спасемся.

Путники поскакали к лесу, хотя Жером и продолжал твердить, что в лесу они только наживут себе разных бед. Как только отряд проехал примерно половину чащи, откуда-то послышался серебряный звук охотничьего рога. В тени деревьев появилась волшебная процессия конных рыцарей, одетых в зеленое, а зеленый цвет, как известно, — любимый цвет лесных эльфов.

Предводителем этого отряда был юноша такой чудесной красоты, что ничего подобного ей нельзя было бы найти в мире смертных людей. На его золотоволосой голове блестел тонкий венец, а роскошный его наряд зеленого цвета был причудливо расшит золотом и серебром. Меч этого юноши помещался в ножнах, усыпанных крупным жемчугом и изумрудами. На шпорах его волшебной свиты сверкали бриллианты.

Но ростом глава отряда, сидевший верхом на вороном коне, был не выше десятилетнего ребенка, хотя его прекрасное лицо было мудрым и властным.

Увидев Ивона и всех его спутников, маленький юноша остановил своего коня и опустил на седельную сумку свой серебряный рог.

— Стой, гордый смертный! — звонко крикнул он. — Говори мне, кто ты такой, если уж ты осмелился нарушить границы моего царства!

Всем из отряда Ивона голос чудесного юноши показался началом чарующей песни. Но путники вовремя вспомнили предупреждение Жерома, и никто не произнес в ответ ни единого слова. Король Оберон пришел в сильнейший гнев и крикнул:

— Стойте на месте, молчуны, — и сейчас вы увидите, во что вам обойдется ваша дерзость!

Король эльфов пришпорил коня и скрылся в лесу со своей свитой. Жером сказал Ивону:

— Господин, поедемте поскорее прочь из этого колдовского леса, а то ведь Лесной Король может устроить нам какую-нибудь западню!

Ивон и все его друзья пришпорили коней и во весь опор поскакали вперед, подальше от этого странного и опасного места. Но пока они горячили коней, стремясь поскорее выбраться на опушку леса, вокруг них все потемнело, и не стало видно ни дороги, ни земли, ни неба.

Деревья страшно зашумели вокруг них, поднялся ураганный ветер, и откуда ни возьмись на путников обрушились сильные потоки воды, как будто огромная река вышла из берегов, чтобы смыть и унести куда-то ничтожных смертных. Их положение было ужасным, а Ивон уже подумал, что путешествие его закончено, и что никогда ему не увидеть высоких сторожевых башен крепости Бордо.

IX. Как Ивон помирился с Королем Обероном и получил от этого немалую пользу

Буря бушевала вокруг путников, и порывы ветра пронизывали каждого до самых костей. Люди с громкими стонами принялись оплакивать свою злую долю и проклинать надвигающуюся гибель. Никто уже не надеялся вернуться живым на родину и увидеть снова своих близких. Некоторые рыцари стали упрекать Ивона и винить его в том, что он привел их в это страшное и гибельное место. Они говорили, что буря ниспослана на них Королем Обероном, а ураганный ветер вызван колдовскими чарами. Ивону тоже так казалось, и он обратился к своим друзьям с такими словами:

— Моя неосторожность и глупость привели нас всех к беде, и вы без вины страдаете от моего легкомыслия. Если бы я только смог еще раз увидеть грозного Короля Оберона и поговорить с ним, но чтобы вы все, мои верные друзья в этом тяжелом походе, спаслись от гибели…

Но не успел Ивон договорить, как сквозь вой ветра и грохотание бури все ясно услышали серебряный звук рога. Из под гнущихся и скрипящих деревьев легким галопом выехал всемогущий властелин этого заколдованного царства в сопровождении рыцарей-эльфов.

Он подъехал ближе к испуганным людям и обратился к Ивону:

— Кто ты такой, незнакомец, без моего разрешения вторгшийся в нашу страну?

Ивон, не обращая никакого внимания на Жерома, который предостерегающе дернул юношу за рукав, смело ответил:

— Ваше Величество, я — герцог Ивон из Бордо, подданный короля Карла Великого Французского, и теперь странствую, как простой рыцарь, по воле Государя, который разгневался на меня.

— В чем же твоя вина, рыцарь, — спросил Оберон, — если Карл Великий, известный своей мудростью и великодушием не только в вашем мире, но и в нашем, прогневался на тебя?