Помочь он вряд ли мог: разве что помешать. Но уж слишком не хотелось возвращаться к хороводу призраков, ждавших в старом доме, к сырости, холоду и унынию.

– А не боишься? – спросил Кудрявощекий.

– Чего? – не понял Илья. Ударить в грязь лицом, показав себя неумехой? Все сломать?

– Друзей своих, – еще менее понятно ответил он. Илья молчал, ожидая дальнейших объяснений, но был понят по-своему. – Раз не боишься, тогда давай. Желающих, видишь, мало, руки лишними не будут. Я тебе сейчас покажу, что делать. Пошли.

Он махнул Илье, и тот направился к часовне.

Глава 10. Зубы

Волну треугольников нарисовали на снегу у часовни зеленой краской, той же самой, которой накануне выкрасили забор. Снизу казалось, что заостренные треугольниками колья-штакетины, кусающие серое небо, растут прямо из этой зеленой зубастой волны. Забор не охранял часовню – он пленил ее, заключил в клетку.

Интересно, как скоро Фомин понял замысел: еще до того, как получил послание на снегу, или после? А вот и сам староста, прохаживается неподалеку от администрации. Заметил Варю, но виду не подал, отвернулся и смотрел вполглаза.

Мимо часовни и кафе, откуда, несмотря на ранний час, слышались взбудораженные голоса, Варя прошла к магазину. Каскад металлических треугольников, соединенных попарно вершинами и закрепленных над дверью, брякнул, сообщив о покупателе. Верка – худая тусклая женщина лет пятидесяти, с мышиными волосами, собранными в гульку, обернулась на звук и близоруко прищурилась. Улыбнулась, разглядев Варю, и отложила коробку, из которой пополняла полку с чипсами. Туда сразу же полез ее мальчишка, большеглазый Димка, в награду или в наказание проводивший урочные часы в магазине.

– А я как раз к вам собиралась, – виновато сказала Верка.

Варя по очереди достала из тканевой сумки, перекинутой через плечо, две литровых банки с прозрачной жидкостью, и поставила на прилавок.

– Вот спасибо, что принесла! Да еще и по льду в такую даль, упала бы – вся порезалась.

– А что там такое? – спросил Димка, всматриваясь в банку. – На вкус же простая вода.

– Древесный сок, речной ил и лягушачья кровь, – серьезно ответила Варя.

– Мама? – изумленно-возмущенно протянул ребенок.

Верка покачала головой.

– Тетя шутит. Там твое обычное лекарство. Чтобы на уроках хорошо себя вел.

– Опять?

Продавщица вздохнула.

– Увы. Если и из этой школы выгонят – не знаю, что и делать. И так в четыре утра встаю, чтобы туда его возить – куда уж дальше-то? Не потяну я. Надеюсь, поможет, – кивнула она на банки.

Участливо кивая, краем глаза Варя смотрела в окно. Фомин покинул свой пост на пригорке и теперь топтался недалеко от магазина. Ждал, и Варя не сомневалась, что именно ее.

– А мы дяде Ване посылку собрали, – похвастался Димка и показал пальцем на большой красный пакет.

– Да там немного: яблоки, сыр, – снова стала оправдываться Верка. – В больнице-то этой как кормят? А он один совсем, некому передать.

– Разве Иван не дома? – удивилась Варя.

Продавщица поджала губы.

– Сенин пару ночей назад его в райцентр отвез. Совсем ему плохо. А так никому особо не говорили, никто и не знает. Видишь, даже и ты не слышала.

Да, Варя и не догадывалась. И заинтересовалась больше прежнего.

– А когда ты к нему поедешь?

– Как? На чем? Машина не на ходу. А магазин? А он? – показала Верка на сына. – Нет, не выйдет. Придется Рыжего ждать, а он в ближайшие дни ехать не хочет – наездился туда, говорит. Вот из рейса приедет и отвезет. Дня через три.

– А остальные? Кто-то же знает?

– Да у всех что-то. У Жанны пенсии. У Ларисы кафе. В больницу ехать – это не байки рассказывать, – косясь в окно, сердито бросила она камень в соседский огород.

Варя тоже посмотрела. Фомин все еще ждал.

– Возьмешь что домой? – спросила Верка.

– Я после зайду, – обещала Варя.

Староста окликнул ее, стоило выйти.

– Подвезти? – предложил он, хотя прежде Варя и пешком неплохо справлялась.

Она сделала вид, что задумалась.

– А в райцентр вы не собираетесь, Андрей Николаич?

Румяные щеки стали еще шире от улыбки.

– А что ты там хотела?

– Ивана в больнице навестить, да и к бабе Тане зайти. Вера продуктов собрала.

Судя по тому, как менялось лицо старосты, он тоже не подозревал, что дела механика так плохи. Но это и предсказуемо: зачем бы его посвящали в подробности те, кто по другую сторону? Теплых чувств не питали взаимно, и Варя уже решила, что сейчас Фомин сошлется на занятость, но он со скрипом согласился:

– Я и так собирался туда заехать, но то одно, то другое. Почему бы и не сегодня, в самом деле.

Варя вернулась в магазин в его компании. Сверля Верку многозначительным взглядом, но ни о чем не спрашивая, он накупил еще один пакет продуктов, после чего забрал оба. Поставив их на заднем сиденье «Патриота», снова не в меру любезно и чересчур заботливо помог разместиться Варе.

По Ивановке пролетели, рискуя на льду впечататься в забор. Но когда выехали за пределы деревни, Фомин, наоборот, сбавил скорость, хотя трассу как раз успели почистить.