Читаем Ивановка полностью

– Так это ж Макарыча получается дом. Деда Максима, Дудникова, – уточнила она, как будто Илье стало понятнее. – Вы как выйдете, езжайте мимо администрации, но не направо, к трассе, а прямо, к реке. Почти до самого конца вам надо. И там по правую сторону второй дом с краю будет. А крайний – номер два, на нем цифра большая – сразу увидите.

Даже с нумерацией домов все не по-человечески в этой Ивановке.

– А следующий за третьим по правой стороне тогда какой? – поинтересовался Илья.

– Шестой, – кивнула хозяйка, словно это совершенно очевидно. – А вы кто Макарычу-то? Внук?

Илья сделал вид, что не расслышал, с шумом отхлебнув кофе. Как ни странно, а расспросы прекратились. Дождавшись в молчании, когда телефон зарядится до тридцати процентов, Илья покинул кафе не прощаясь.

И по указаниям Мохнатой Брови сориентировался легко. Миновал местную площадь с отвратительной трехметровой девушкой с бревном (видимо, подразумевалось весло) на плече, а вот и перекресток. Илья чуть не заскрежетал зубами, еще ближе увидев трассу. Если бы только он свернул здесь, то сэкономил бы больше часа. С другой стороны – а разве он торопится туда, куда едет? Дорога к реке резко рванула вниз, но Илья уже не удивлялся ее качеству, только матерился вполголоса.

И тут живут люди?.. Здания в центре деревни глаз тоже не радовали. Не попалось ни единого, о котором можно сказать: «Этот-то еще сносный». Низкие, кособокие, унылые. Но чем ближе Илья подъезжал к реке, тем сильнее менялось мнение. По сравнению с этими сырыми даже на вид призраками те были еще хороши. Несколько из них смотрели заколоченными ставнями – Илья насчитал четыре таких, прежде чем понял, что видит свой.

«Честно предупреждаю – дом не очень хороший», – риелтор уклончиво отводил глаза, когда Илья уверил, что покупает его не глядя и даже знать ничего не хочет.

Да… Хоть он и мастер портить себе жизнь, а этому решению – призовое место в ряду самых идиотских поступков. Домом строение с острой вытянутой крышей называться права не имело. Своим размером оно больше походило на увеличенную собачью будку и стояло вплотную к дороге, хвастаясь проломленным крыльцом с одной ступенькой. Заколоченные крест-накрест ставни не скрывали перекошенных рам. Начавшийся мокрый снег хлопьями падал на когда-то зеленую черепицу, которую тут и там прореживали щербины.

«И земли совсем немного», – признался риелтор, несмотря на решительный настрой покупателя.

Немного? Илья прошел вдоль участка. Десять с небольшим шагов в длину и семь в ширину. Вот так и выглядят 0,7 сотки, указанные в бумагах. Вот что на практике значил ноль перед семеркой. Ноль – он и есть ноль.

Забора не было: он весь лежал на земле вместе с полуистлевшим баннером о продаже дома. Как видно, очень давно лежал. Сложно представить, чтобы кто-то в здравом уме его купил – разве что Илья.

«Ключ потерялся. Но замок легко открывается без него, так что придется сменить», – напутствовал агент.

Такой навесной замок на двери Илья видел разве что в далеком детстве: им запирали сарай на дедовой даче. Открывался он действительно легко – так истлел от ржавчины, что разомкнулся, стоило взять его в руки.

А внутри… О… Илья едва справился с порывом бросить все и уехать, и будь что будет. Все пространство представляло собой единое помещение с печью у одной стены и металлической кроватью – и снова Илье вспомнилась дача деда – у противоположной. Гнилые доски трещали, обещая провалиться – но куда? Тут есть подпол для гномов? И чердак, видимо, для них же: в углу из вырубленного в дощатом потолке квадрата на пол спускалась приставная лестница. Был тут еще рукомойник: таз с дырой посередине на табуретке без сиденья, под которой стоял еще один таз. Имелись целая табуретка и крохотный квадратный стол, на котором стояла – просто невероятно – керосиновая лампа.

Но куда как гораздо дольше можно перечислять, чего тут не было. Например, электричества. Для того, чтобы осмотреться, пришлось выйти и сорвать доски со ставней – а те шли далеко не так легко, как замок, и Илья до крови разодрал руку, прежде чем смог справиться хотя бы с одним окном. А вернувшись, он не обнаружил ни следа проводов, розеток и лампочек. Не было никаких удобств: туалет – это, видимо, та перекошенная будка в паре шагов от дома. И отопления тоже, притом, что здесь зверски холодно. Как топить эту печь? Даже не так: где найти хотя бы инструкцию, что с ней делать, если интернет так и не появился, а телефон снова спешит разрядиться? И заряжать его тут просто негде.

Собираясь впопыхах, Илья хватал с собой только самое важное. И сейчас с усмешкой представлял сумку с ноутбуком на заднем сиденье. Нужно было брать вместо него топор, а теперь придется колоть дрова ноутбуком.