Читаем Иван Шуйский полностью

А время от времени на долю князя выпадают почести иного рода: так осенью 1574 г. его приглашают в Москву, на свадьбу Ивана IV и Анны Васильчиковой, — тогда царь почтил представителей всех главных ветвей в роду Шуйских. В 1576 г. И.П. Шуйский рассуживает местническую тяжбу Ф.Ф. Нагого с В.Г. Зюзиным285. Судейство по местническому делу само по себе — признак царского благорасположения.

Неизвестно, как долго находился князь Иван Петрович на псковском наместничестве: год, как принято было во второй половине XVI столетия, или же более того. 28 апреля 1576 г. воинский разряд упоминает его на юге. Иван IV с двором и армией выходит «на свое дело земское в Калугу». В его свите присутствует и боярин князь Иван Петрович Шуйский. Он не занимает в этом походе каких- либо командных постов, пребывая рядом с царем как советник286. Затем, по всей видимости, он возвращается во Псков, на наместничество. Во всяком случае, «на Егорьев день вешний» (23 апреля) 1577 г. приказ о воинских сборах для новой наступательной операции на северо-западе застает князя И.П. Шуйского именно там.

Весной-летом 1577-го он работает как крупный военный администратор. Фактически вокруг него собирается ядро боевых сил для будущего наступления287.

Царь видит в Иване Петровиче толкового военачальника.

Продолжая давление на неприятеля в Ливонии, Иван Васильевич вторгается туда летом 1577 г. с большой русской армией и союзным войском ливонского короля Магнуса. Судя по документам того времени, для похода планировалось собрать очень значительные силы: более 19 400 дворян, казаков, стрельцов и служилых татар. Правда, процент дворян — наиболее боеспособной и лучше всего вооруженной части войска — ниже, чем при «Полоцком взятии » и на Молодях. Их всего-то около трети, и это тревожный симптом. Однако мощь русской ударной группировки такова, что в Ливонии с нею не могут поспорить ни шведы, ни немцы, ни литовцы, ни поляки. Армия располагает внушительным артиллерийским парком: 21 пушка и 36 пищалей при 7300 ар- тобслуги и охраны, а также 12 700 посохи288. Царь вышел с войсками изо Пскова 13 июля 1577 г. Незадолго до начала основного этапа наступательной операции разведку боем выполнила легкая трехполковая рать князя Т.Р. Трубецкого (5300 бойцов) 289.

Во время этого похода князь И.П. Шуйский исполняет важную роль. Фактически он играет роль военачальника, допущенного к принятию главных тактических решений.

Ивана Петровича назначили вторым воеводой в Большой полк. Первым воеводой расписан крещеный татарский «царь» Симеон Бекбулатович, особа необыкновенно знатная и пользовавшаяся безграничным доверием государя. Однако, по всей видимости, реальное командование полком осуществляет именно князь Шуйский. Очень показателен один факт: в русской армии всякий полковой воевода, помимо общих командных функций, получал отряд ратников под прямое руководство; так вот, князю Ивану досталось 813 бойцов, а Семиону Бекбулатовичу лишь 196290. Симеон Бекбулатович, по представлениям того времени, без сомнений, знатнее Шуйского. Более того, Шуйский уступает в знатности первым воеводам других, менее значительных полков. Но за спиной у Симеона Бекбулатовича — формально старшего из полковых «начальных людей» — он получает возможность спокойно распоряжаться в Большом полку, не получая никаких местнических претензий. Так делали в армейской иерархии Московского государства, когда хотели назначить на ключевой командный пост толкового человека, но ему чуть-чуть не хватало «крови» до первенства по знатности. Этот обычай «московитов» подметил еще английский дипломат Джильс Флетчер, посетивший Россию на исходе 1580-х.

Кто во время генерального наступления на Ливонию в большей степени исполняет роль полководца, а кто — политика? Был ли Шуйский простым администратором при царе, или же он вел кампанию на тактическом уровне, а Иван IV занимался политическими вопросами и принимал стратегические решения? А может быть, Шуйский сы- град роль своего рода «начальника штаба» при монархе- главнокомандующем? Или он просто оказался одним из воевод без решающего голоса по ключевым вопросам тактики? В любом случае львиная доля командирской работы ложилась именно на князя Ивана. Но можно ли более определенно очертить функции князя И.П. Шуйского в ливонском походе?