Читаем Иван Ефремов полностью

Антропоцентризм прежней науки невозможен при изучении космоса и включении этого космоса в представления об окружающей человека среде. А это включение получается само собой, непроизвольно, потому что характеристики жизни согласуются с космическими законами и необходимы для целого. Без живого такого космоса бы не было, он не мог бы существовать.

«Первородным грехом» человеческой мысли назвал антропоцентризм академик Н. Г. Холодный, считая необходимой замену его антропокосмизмом. Выстраивается диалектическая триада: космоцентризм мифологического сознания — антропоцентризм научного сознания эпохи модерна — антропокосмизм как синтез человека Земли и космоса.

Мысли у космистов придаётся исключительное значение. Чижевский тоже пишет о том, что сознание, присущее человеку, явилось тем геологическим и геохимическим фактором, который внёс новые процессы в ход химических реакций Земли. Разум человека уже включён в процесс самоорганизации материи, и этот факт должен быть использован с предельной эффективностью.

Активная роль разума — не умозрительное положение, но природная закономерность, новый компонент эволюции планеты и всего космоса.

В далёком будущем, по словам Циолковского, миссия человека — быть садовником космогенеза. Так что «взрыв в научной мысли в XX столетии подготовлен всем прошлым биосферы и имеет глубочайшие корни в её строении. Он не может остановиться и пойти назад. Ноосфера — биосфера, переработанная научной мыслью, не есть кратковременное и преходящее геологическое явление. Процессы, подготовляемые миллиарды лет, не могут быть преходящими, не могут остановиться» (Вернадский).

Краеугольный принцип диалектики — «всё связано со всем» — наполняется в мировоззрении космистов самым практическим смыслом. Научные результаты, ими полученные, позволили не только умозрительно декларировать давно известные истины, но и на языке точных наук описать некоторые практические аспекты. Надо сказать, что современные работы в области эволюционики совершенно с другой стороны подбираются к тем же самым вопросам и к тем же трактовкам, хотя работают в ином семантическом поле.

Исключительно ответственное отношение к собственной жизни при понимании чудовищной цены, которая за неё заплачена, сознательное сотрудничество со вселенной, оказывающейся далеко не безразличной к судьбам человечества и зависимой от него, — вот гуманистический пафос, озвученный русскими космистами пол века назад. Рождалось новое, антропологическое понимание вселенной, чем-то напоминающее пантеистическую мифологию Древнего мира, но насыщенное научным анализом современности.

Гусеница превращается в бабочку, бутон — в розу, межзвёздный газ становится звёздами, расплавленные минералы — кристаллами. Будучи подобен остальным созданиям, человек тоже развивается по определённому внутреннему плану (в биологии это утвердил Л. С. Берг). Каждому из нас нужно пытаться выявить свой внутренний, изначальный план развития, свой замысел, цель своей жизни. И здесь понимание продлевалось во внутренний космос каждого человека и человечества в целом.

«Даже учитывая исключительное планетное явление человеческой мысли и сознания, как это вскрывает для нас геохимия, такое решение мировой загадки оставляет чувство неудовлетворённости. Из всех решений может быть наиболее глубокое решение метемпсихоза в её буддийском решении — с боготворчеством путём возвышения поколений — отдельных из них личностей — к сверхчеловеческому состоянию. Но это состояние, очевидно, и намечается с ходом планетного времени», — размышлял Вернадский.

«Потенциал человеческой фантазии неисчерпаем. Но совершенно невообразимо, какую энергию должна будет развить психика, чтобы приучить себя к бездонным просторам Космоса, к его черноте с колючими звёздами, к беспредельному одиночеству в нём», — предсказывал Чижевский. Н. К. Рерих: «Ясно одно, что эволюция повелительно устремляет человечество к нахождению тончайших энергий».

Нетрудно увидеть, на каком мощном фундаменте покоится творчество Ивана Антоновича Ефремова и насколько хорошо с ним согласуется. Но, используя литературные формы, в чём-то он пошёл дальше своих учителей. Он разработал грандиозную концепцию мироздания, которая напрямую увязана со структурами человеческой психики. Сегодня, когда открыто многое из архивов мыслителя, понятен круг его чтения и общения, его слова наливаются особой глубинной зрелостью. Можно оценить объём ефремовской мысли, её самобытность и при этом увязанность с традицией русского космизма и радикального гуманизма в целом.