Читаем Юрьев день (СИ) полностью

Я стрелял быстро. Выстрелы практически сливались один с одним. Их даже при замедленном воспроизведении на записи трудно различить: пистолет предстаёт этаким смазанным пятном плохого качества. Но, если задаться такой целью, то посчитать реально. И я посчитал. Не один и не два раза пересчитывал, перепроверял, действительно ли оно так, не ошибся ли я… нет. Не ошибся. Пятнадцать раз пистолет в моих руках дёрнулся прежде, чем замереть бесполезной железкой в моей руке. И результативным, пробившим «покров» Воздушника выстрелом, был именно пятнадцатый. Тот, которого не могло быть.

Я ещё тогда крепко задумался над этим. Меня так и свербело попробовать, проверить, разобраться… но я не стал. Ни к месту были такие проверки в Кремле, в моём шатком неопределённом положении.

А там, на берегу реки, я уже как-то и не задумывался. Действовал на автомате. Рука сложилась привычно, сама собой, тело энергией было напитано уже и так, чуть не до краёв. Сконцентрировалась и отправилась в руку эта энергия тоже привычно, на автомате. Так же привычно в голове произошла визуализация… Да ещё и сомнений в том, что получится, тоже не было никаких. Не было места сомнениям после того, как я почувствовал Воду…

Получается, я, всё-таки, «выстрелил» Водой? Точнее, концентрированной энергией Воды…

Не Дар, но техника… и ещё этот череп Дракона с буквой…

Я вытянул руку со сложенными «пистолетиком» пальцами, по памяти воспроизвёл ту технику. Ту, которую помнил. Всю внутреннюю работу с энергией… той энергией, которой не было, с отсутствием которой я давно смирился. Только вместо неё, использовал энергию Воды, которая теперь была, которую я чувствовал.

Прицелился, представил не грохот «Лебедя», а тихий щелчок системы малошумной стрельбы, в просторечии, именуемой «глушителем», и… Щёлк!

Пальцы «щёлкнули» именно тем звуком, а столб на площадке, в который я целился, обзавёлся маленькой сквозной «пулевой» дыркой калибра девять миллиметров.

Щёлк! Щёлк! Щёлк!.. не стал я останавливаться и «нажал на спусковой крючок» четырнадцать раз одной серией, как нажимал на стрельбище перед мишенью, отрабатывая очередной норматив.

Четырнадцать дырочек одна под одной появились в выбранном мной столбе.

Я же опустошённо уронил эту руку, глядя на дырки. Затем лицо моё исказилось, рот открылся в немом крике ярости, я махнул левой рукой, и с неё слетела вода, серповидное тонкое лезвие из воды, которое начисто срезало основание столба и, нисколько не сбавив скорости, полетело дальше. Столб медленно завалился и упал на пол площадки. Упала и моя рука. Я опёрся ими о колени и тяжело дышал. Тяжело, словно только что пробежал пятикилометровый кросс с оружием, снаряжением в берцах и военной форме, стараясь изо всех сил уложиться во время на ежеквартальной сдаче физо.

Даже тяжелее. С хрипами. Чуть ли не выплёвывая лёгкие. И вода, что до этого покрывала моё тело, словно примагниченная к нему, перестала держаться. Она одной быстрой волной скатилась с меня, оставив не мокрым, а лишь только влажным. Я не высох мгновенно, просто лишняя вода, подчиняясь земному притяжению, рухнула на пол. Лишняя, но не вся.

— В мать, значит, всё-таки, пошёл… — услышал я за спиной тяжёлый отцовский голос, заставивший меня вздрогнуть и резко обернуться назад. И да — там действительно стоял отец… Быстро-таки он добрался…

* * *

Август 2024.

Конец второй книги.