Читаем Юра-водитель полностью

– Я за свои слова отвечаю, – профессор распечатал новую колоду карт и держал ее кончиками пальцев. – Ставлю квартиру против твоей дочери.

И вытянув палец, он указал на Юлю, которая не успела уйти и стояла у стены, выпятив живот.

– Бред какой-то, – фыркнул Юра-водитель. – Ты в своем уме такое предлагать?


– Бред – это когда твоя дочь беременна неизвестно от кого, – сказал профессор, сопроводив свои слова улыбкой. – Выиграешь – квартира твоя, будет, где внука растить, проиграешь – я увожу дочь. Согласен?

Он оскалился, показав длинные желтоватые зубы, и вслед за ним почему-то улыбнулась Юля, доверчиво подошедшая к столу.

Дурочка не догадывалась о том, что ее ждет, пока похожий на волка и одновременно профессора человек не взял ее за руку, чтобы увести за собой.

Юра-водитель сидел, обхватив голову руками над проигранной партией. Он хотел было возмутиться, что квартира против живого человека несправедливое пари, но растерялся, как недавно в кабинете директора интерната, и только шевелил губами, вспоминая ходы. Тем временем волчий профессор надевал начищенные до блеска ботинки в прихожей, помогая себе ложечкой, застегивал, как когда-то соседки у парадной, плащ на дочери, только теперь он топорщился на животе.

Они давно ушли, когда Юра-водитель тяжело поднялся из-за стола, где лежали карты и мятые купюры начавших следующую партию игроков. Он вышел на кухню, налил воды из-под крана и пил ее жадно, как покойная жена водку, похожий на рыбу, выброшенную на берег и судорожно глотающую воздух.

«А может, ей так лучше будет», – подумал он, сжимая стакан. – «Будь она нормальная, вышла бы замуж, все равно бы съехала! В любом случае!» – Он прислонился горячим лбом к окну. – «Поживет как человек. Всяко лучше, чем со мной. Квартира у метро, пыли нет, а человек образованный, сразу видно, не грузовики водит. И ребенок у них будет, все как у людей, по крайней мере, сыта и обута». – Веретено мыслей, радостно жужжа, пряло сладкие нити. – «Еще позвонят, в гости позовут».

Юра-водитель вдруг что-то вспомнил и метнулся обратно, бросился к столу, зашарил руками. «Где колода?» – крикнул он.– «Ее мужик распечатал, который дочку увел».

– Да вот она, вот, – ему протянули упаковку, надорванную с края, так распечатывают колоду порывистые новички, никак не шулеры. Юра-водитель вытряхнул карты на стол и принялся спешно пересчитывать, разбирая по мастям, раскладывая в стопки.

– Ну да! Конечно! – вдруг заорал он страшным голосом. – Я так и знал! Обманул он меня! Валета пик не хватает! Где валет? Нет валета! Пари не считается! Колода крапленая! Он жулик! Вор!

Он вскочил, его лицо исказила бессильная ярость, готовая вот-вот перейти в плач, как бывает у очень маленьких детей. Ухватившись за край стола, он попробовал его опрокинуть, но стол был слишком тяжел и не поддался, и Юра-водитель яростно заколотил по нему кулаком, словно вгоняя в столешницу невидимые гвозди.

– Да вот твой валет, – хозяин квартиры нагнулся, подняв карту с пола, и положил руку Юре-водителю на плечо. – Не шуми.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Авиатор
Авиатор

Евгений Водолазкин – прозаик, филолог. Автор бестселлера "Лавр" и изящного historical fiction "Соловьев и Ларионов". В России его называют "русским Умберто Эко", в Америке – после выхода "Лавра" на английском – "русским Маркесом". Ему же достаточно быть самим собой. Произведения Водолазкина переведены на многие иностранные языки.Герой нового романа "Авиатор" – человек в состоянии tabula rasa: очнувшись однажды на больничной койке, он понимает, что не знает про себя ровным счетом ничего – ни своего имени, ни кто он такой, ни где находится. В надежде восстановить историю своей жизни, он начинает записывать посетившие его воспоминания, отрывочные и хаотичные: Петербург начала ХХ века, дачное детство в Сиверской и Алуште, гимназия и первая любовь, революция 1917-го, влюбленность в авиацию, Соловки… Но откуда он так точно помнит детали быта, фразы, запахи, звуки того времени, если на календаре – 1999 год?..

Евгений Германович Водолазкин

Современная русская и зарубежная проза