Читаем Юный техник, 2010 № 08 полностью

— Что вы! По внешнему виду судить о начинке абсолютно невозможно! Вскрытие тоже ничего не даст: оно просто-напросто уничтожит внутреннюю молекулярную структуру. Вы ведь имеете понятие о наноэлектронике?

— В пределах необходимого, — ответил Холмс. — А что, много желающих ознакомиться с этой начинкой?

Сотрудник фирмы замялся. Ему явно не хотелось посвящать нас в закулисные дела.

— Хватает… — признался он наконец.

— Например? — не отступал Холмс. — Кто ваш главный конкурент?

Служащий помрачнел.

— Компания «Фолуэлл продакшн». Вот уж кто пошел бы на все, чтобы заполучить секрет производства миниатюрных компьютеров!

— Значит, можно заключить, что Робертсон был связан с «Фолуэлл продакшн»?

— Я этого не говорил! — ответил сотрудник «Силвер чип». — С кем он был связан, выяснять не мне. Я всего лишь мелкий служащий.

— Понятно, — сказал Холмс. — Что ж, спасибо за беседу.

Мы покинули здание фирмы.

— Что теперь? — спросил я. — Навестим «Фолуэлл»?

— Ни в коем случае! — сказал Холмс. — Это их насторожит. Тут надо как следует подумать. Вот что, Ватсон! Для вас не составит труда посетить завтра квартиру Робертсона?

Не мешало бы выяснить некоторые детали. А я еще раз загляну в «Силвер чип». У меня возникла одна идея.

Робот-слуга открыл дверь лишь после того, как я поднес к прозрачному окошечку удостоверение сотрудника полиции — месяц назад мы с Холмсом получили их в Скотланд-Ярде.

Робертсон жил один. Квартира была невелика, обстановка свидетельствовала о среднем достатке хозяина, а механический слуга, слегка поскрипывающий при ходьбе, явно не принадлежал к киберам последнего поколения.

— Мистера Робертсона нет дома, сэр, — произнес робот.

— Мне это известно, — ответил я, опускаясь в кресло. — Я хотел бы знать, дружище: не вел ли он себя в последний день, проведенный здесь, несколько… э-э… странно?

— Я понял вопрос, сэр. Десятого августа, в воскресенье, мистер Робертсон находился дома только до обеда.

Как правило, в выходные дни он редко покидает квартиру. Его любимое занятие — просмотр технических журналов. Иногда он делает в них пометки, некоторые сведения заносит в память домашнего компьютера. В тот день часов в одиннадцать хозяин отложил все журналы, подсел к компьютеру и до обеда работал на нем. Насколько я понял, он связался с кем-то по Сети и вел диалог. Сразу после обеда мистер Робертсон сел в свой гравикари улетел. Больше он не возвращался.

— А до одиннадцати часов ничего особенного не происходило?

— Нет, сэр. Разве что… Мистер Робертсон просмотрел утреннюю почту гораздо позже, чем обычно. Он вспомнил о ней как раз около одиннадцати.

— Вот как? Принеси-ка мне почту за тот день.

— Слушаюсь, сэр.

Я бегло просмотрел почту. Два толстых научных журнала с длинными скучными названиями, еженедельная газета, с полдюжины рекламных проспектов…

— Может, было какое-нибудь письмо? — спросил я.

— Нет, сэр.

Я задумался. Робертсон получает почту, сразу же после этого ведет с кем-то переговоры, а вскоре уезжает и совершает преступление против своей фирмы… Должна существовать какая-то связь.

«Холмс! — вдруг подумал я. — Если кто и сможет найти что-нибудь подозрительное в этой кипе пестрящих стереокартинками страниц, то только мой друг».

Я сказал роботу, что заберу почту с собой, и сел к компьютеру. К моему разочарованию, вся информация за десятое августа оказалась стертой из его памяти. Видимо, тогда Робертсон отдавал полный отчет в противоправности своих действий и позаботился замести следы.

Я позвонил в управление полиции. Через несколько минут мне сообщили, что гравикар Робертсона был обнаружен утром одиннадцатого неподалеку от здания «Силвер чип». Я попросил показать мне снимок машины. Она оказалась несколько устаревшей модели «Гарпия», но расцветка была запоминающейся: лазоревые плоскости и белоснежный фюзеляж с пурпурным рисунком в виде карты Восточного полушария Земли.

— Вы проверяли память бортового компьютера? — спросил я.

— Проверяли, — ответил дежурный. — Она оказалась стертой.

Я поблагодарил и отключился. Затем вновь уселся в кресло и начал размышлять. Моя задача представлялась невыполнимой: Робертсон не оставил практически никаких зацепок. Если бы память бортового компьютера сохранилась! Тогда я смог бы узнать, куда преступник заезжал по пути и как следствие от кого получил свою изощренную аппаратуру. Ведь вряд ли он хранил ее дома!

И тут меня осенило:

«Надо дать объявление в газету! Гравикар такой окраски невозможно спутать ни с каким другим. Не может быть, чтобы никто не обратил на него внимания!»

Я связался с рекламной службой «Дейли кроникл» и заказал в завтрашний утренний выпуск объявление: некто Ватсон разыскивает пропавший гравикар (следовало описание) и просит тех, кто видел его десятого августа, позвонить по такому-то номеру.

Больше в доме Робертсона делать мне было нечего.

Я прихватил почту и отправился к Холмсу.

— Браво, Ватсон! — сказал он, выслушав мой рассказ. — Ваши действия были вполне логичны. Что ж, давайте посмотрим, что вы мне принесли.

Холмс занялся изучением почты.