Читаем Юные садисты полностью

Кроме пиццы, они заказали баранину под соусом. У обоих разыгрался аппетит, и они добросовестно вылизали с тарелок темный ароматный соус да вдобавок уговорили бутыль белого вина, но в конце концов отметили, что все же не сумели отдать должное еде и питью, так как мысли их были не здесь.

– Что ты думаешь о сестре этой инспекторши? – спросила Ливия, пока они ждали счет.

– Не знаю, – ответил Дука. – Я ищу зачинщицу и найду ее. Надеюсь, по крайней мере. – Он улыбнулся ей.

– Я не верю, что это она, – сказала Ливия.

– Да ты ее в глаза не видела, откуда же такая уверенность?

– Я чувствую, что она не могла организовать подобное убийство.

– В суд надо представить виновника и доказательства его вины, а не наши ощущения.

– Тогда поехали к ней и убедимся, – с жаром сказала Ливия.

– Не сейчас, – охладил Дука ее пыл. – На сегодня хватит. Поедем домой, проведаем Лоренцу. – У него сердце разрывалось от мысли, что Лоренца все время сидит дома одна. – Накупим всяких овощей, я их сам почищу, и вы мне сварите суп. Чертовски люблю овощной суп, и Лоренца любит. А про дело до завтрашнего утра больше ни слова. Иначе во... – Он поднес ей к носу кулак.

Остаток дня они провели почти так, как ему хотелось. Накупили целый мешок овощей, приехали на площадь Леонардо да Винчи, выгрузили провизию, принесли в дом; Лоренца очень им обрадовалась.

– А у нас синьор Карруа, – сообщила она. – Он подхватил грипп и пришел меня заражать.

– Привет, – сказал Карруа, выходя в прихожую.

Дука тоже сказал «привет» и потащил мешок с овощами на кухню.

– Знаешь, у меня идея, – заявил Карруа. – Давай бросим все к чертовой матери и пойдем овощами торговать. – Войдя на кухню вслед за Дукой, он понизил голос, так чтобы Лоренца не слышала: – Я попросил трехнедельный отпуск, поеду на Сардинию, в свою деревню, можно, я Лоренцу с собой возьму?

– Зачем? – спросил Дука, хотя и так нетрудно было понять.

– Ну, пускай развеется немного на новом месте, а то она здесь все одна и одна, ты же вечно мотаешься, это нехорошо.

Что верно, то верно.

– Спасибо, – отозвался Дука.

– Я с ней уже говорил, – добавил Карруа. – Она сказала, если ты разрешишь.

Дука разрешил. Потом вызвал Лоренцу в свой кабинет, усадил на маленький диванчик, легонько дернул за волосы, собранные в конский хвост, вспомнив, что в детстве делал это совсем даже не легонько.

– Карруа едет на Сардинию и хочет взять тебя с собой. Поезжай, Лоренца, тебе это пойдет на пользу.

Но сестра замотала головой.

– Нет, я не хочу ехать, Дука, я хочу остаться здесь.

– Зря. Тебе надо развеяться, уехать отсюда.

– Нет, Дука, – твердо ответила она.

Он понял, что настаивать бесполезно.

– Ладно. Поступай как знаешь.

Карруа жутко обиделся, когда Лоренца отвергла его приглашение.

– Черт бы вас подрал, всех Ламберти, и мужчин, и женщин. Все вы, что ты, что твоя сестра, что ваш отец, одним миром мазаны! Терпеть вас не могу и сам не понимаю, чего я к вам так прилип! Ну что ей здесь делать, одной в четырех стенах, твоей принцессе, нет чтоб поехать на Сардинию, погреться на солнышке!

Но ближе к вечеру, когда отведал овощного супа, отошел, обмяк, и они хорошо посидели вчетвером на кухне в мирной семейной обстановке; работал телевизор, передавали бесконечные политические дискуссии о переустройстве общества, о забастовках, тиражи футбольной лотереи, телевикторины. О таком вечере Дука давно мечтал, на душе у него стало так тепло и спокойно, что он даже поглаживал под столом руку Ливии; сколько он себя помнил, подобное случалось с ним второй раз в жизни – первый случай был еще в студенческие годы, во время карнавала. Все шло именно так, как ему хотелось, – до тех пор, пока не зазвонил телефон. Было около девяти, они как раз собирались посмотреть по телевизору какой-то вестерн. Лоренца взяла трубку, потом заглянула в дверь и сказала, что звонят из квестуры синьору Карруа.

– Извините. – Карруа прошел к телефону.

Им не было слышно, о чем он говорил; минуты две спустя он вернулся, сел перед своей чашкой кофе, вобрал голову в плечи, скривил губы, понюхал кофе, отхлебнул и наконец произнес:

– Есть новости для тебя, ведь ты так печешься об этих парнях. Но мне бы не хотелось портить вечер.

– Что? – резко спросил Дука.

– Один из них покончил с собой в Беккарии, – сказал Карруа. – Выбрался на крышу и спрыгнул вниз. Они позвонили Маскаранти.

– Кто? – спросил Дука.

– Фьорелло Грасси. Смерть, естественно, мгновенная.

Фьорелло Грасси, извращенец, который наверняка бы заговорил, если бы не боялся стать «доносчиком».

– Они уверены, что это самоубийство?

Карруа пожал плечами.

Дука поднялся.

– Поеду посмотрю.

Карруа отхлебнул еще кофе и тоже встал.

– Уж эти мне молодые да любознательные! Вместе поедем.

– Останься с Лоренцей, – сказал Дука Ливии.

– Хорошо. – Она протянула ему ключи от машины.