Читаем Юность под залог полностью

– О! Вы согласныя! Как я радь! Как радь! Тортоно стерто картоно! – воскликнул восторженно он и помчался вслед за юношей, что нес его вещи в 1120-й номер.

– Какая вы легкомысленная девушка! – захохотал Гарик.

– Почему? А что такое? – удивилась Аврора.

– Ну как почему? Первый раз видите человека и сразу же соглашаетесь пойти с ним на свидание.

– Какое свидание?

– Как какое? – покатывался со смеху гинеколог-стоматолог. – Он вас сегодня вечером пригласил на ужин в ресторан.

– В какой ресторан? – обалдело спросила Аврора.

– В северном блоке, на двадцать втором этаже.

– Что ж вы раньше-то не сказали! Я ведь не поняла ничего!

– А зачем мне вмешиваться? Ты со мной отобедать обещала. Вот если б поужинать, тогда я б, конечно, встрял! – проговорил Гарик. Он смотрел на Аврору – глаза его горели, улыбались, смеялись даже. Доктор был счастлив – счастлив, потому что влюбился сразу, как только увидел нашу героиню, такую непосредственную, наивную, словно дитя малое. – Я зайду за вами полвторого. Ладно?

– Ага, – ответила Аврора и уже было углубилась в «шахматку», как вдруг к ней подошел... – Ой! – воскликнула она от неожиданности и восторга. – Здравствуйте! – Перед Авророй стоял сам Фазиль Маронов – наипопулярнейший в то время эстрадный певец. Рядом с ним возвышалась его жена – Марина Грусская, не менее популярная певица, только не эстрадная, а оперная (в то время она была примой Большого театра) и несколько мужчин крепкого телосложения. Только потом Аврора узнала, что супруги, не имея достойной квартиры в Москве, прожили в гостинице долгие годы.

– Вы новенькая? – спросила Марина и улыбнулась своей фирменной белоснежной улыбкой, отчего на гладких, будто отполированных, щеках ее появились две очаровательные ямочки.

– Да. Я сегодня первый день.

– Какая красивая девочка, правда, Мариш? – проговорил бархатным голосом Фазиль.

– Необыкновенная, – подтвердила супруга. – А как вас зовут?

– Аврора.

– И имя необыкновенное! – умилился Маронов. – Нам ключики от 1131-го люкса.

Аврора потянулась за ключами. Она не помнила себя – голова ее кружилась, все происходящее казалось ей сном. «Такого не может быть на самом деле», – думала она. Это и понятно! Утро еще не закончилось, а она уже успела познакомиться с тремя самыми знаменитыми людьми страны!

Только звездная пара со своей свитой скрылась в коридоре за поворотом, как мимо Аврориной стойки пронеслось нечто цветастое, расплывчатое с букетом черных роз.

– Стойте! Вы куда? – Метелкина почувствовала, что именно она должна остановить это размазанное пятно, Аврора сорвалась с кресла и кинулась по коридору. – Стоять! – прогремела она и схватила непрошеного гостя в метре от номера 1131.

– Пустите! Прошу! Отпустите! Я только цветы передать! Только цветочки вручить, и все! – Перед Авророй на коленях стояла убитая горем женщина неопределенного возраста в длинной ситцевой, цветастой, цыганской юбке, с пухом на голове, с толстыми, как у хомяка, щеками.

– Та-ак! Голошпакова! Опять вы допекаете сотрудников гостиницы, донимаете уважаемых артистов! Девушка, вы эту женщину не пускайте. Если что, сразу звоните охране на первый этаж, – предупредил на будущее Аврору появившийся как раз вовремя один из свиты певцов.

– Цветы! Цветочки! – орала Голошпакова, не помня себя, и в конце концов запульнула ими в обидчика.

– Опять эта сумасшедшая! – довольно громко сказала Раиса, подойдя к Аврориной стойке с грязной тряпкой в руке.

– А кто это?

– Да чокнутая баба! Фанатка Маронова! Вечно ему черные розы дарит и каким-то образом проникает к нам на этаж. Там внизу, на улице, за углом целая толпа девиц стоит. Все его поклонницы! Такое творят! Уму непостижимо! Однажды даже раздели его!

– Зачем? – удивилась Аврора.

– Как – зачем?! Чтоб на память что-нибудь себе от него оставить! – хмыкнула Раиса и добавила: – А Маринка его так ревнует! Жуть! До скандалов дело доходит!

– Надо же!

– И вот ни одна из тех-то сикильдявок, ну которые на улице топчутся, ни разочка еще сюда не проскочила! Только Голошпакова такая прыткая! Ума не приложу, как ей это удается! Ну ладно, пойду убираться, – заключила Раиса, решив, что добавить к сказанному ей более нечего.

В свою первую смену наша героиня умудрилась влюбить в себя весь этаж, позавтракать с известным на всю страну куплетистом Евгением Бобиковым, несмотря на угрозы Рыжиковой, отобедать с гинекологом, который подрабатывал по совместительству стоматологом, поужинать на двадцать втором этаже северного блока гостиницы с Марио и посмотреть на Москву с высоты птичьего полета и... И выслушать не только признание гражданина Италии в любви, но и предложение, от которого она была вынуждена отказаться, несмотря на роскошное кольцо с бриллиантом, что преподнес ей прекрасный иностранец:

– Я никак, никак не могу выйти за вас замуж!

– Но почему? Какой причина? Я тьебе не нравлюсь?